Книга За твоей спиной, страница 60 – Лина Коваль

Расул отвлекает меня, склоняясь к моему обнаженному плечу, и медленно, не переставая на меня смотреть, целует его. Я зависаю на черных загнутых ресницах и карих глазах.

Дыхание сбивается.

Я ведь люблю его. Зачем сейчас? Это неправильно…

— Иди собирайся, Таня.

Всхлипываю, ощущая, как он сжимает ладонью бедро, а потом и вовсе шлепает по нему, подгоняя.

— Ла-а-адно, — тяну голосом отъявленной содержанки и быстро поднимаюсь. — Я первая в душ…

— Иди уже…

* * *

В большом, просторном ресторане, располагающемся в отдельном здании, слишком много людей. Еще один особо раздражающий своей громкостью фактор — почти все они с детьми.

Мы заказываем завтраки. Я — что-то легкое вроде яиц и лосося, а Расул и за ним, конечно, Лука — мясные блюда.

Пытаясь успокоиться и не думать о предстоящей ночи, уговариваю себя.

Я сижу в одном из самых дорогих ресторанов республики. Рядом со мной мой сын и любимый мужчина, который не скрывает меня в квартире, как постыдный секрет.

— Ты хотел мне что-то рассказать. После того как вернешься, — напоминаю, отпивая из бокала минеральную воду.

Расул кивает и откладывает приборы на салфетку. Очерчивает взглядом мое лицо и становится серьезным.

— Я встретился с нужным человеком, но пока поделиться нечем. Кроме того, что твой муж, — он отворачивается к окну, — побывал недавно в Дубае. Не знаешь зачем?

— У Германа там партнеры, — скромно пожимаю плечами.

Но такой ответ, кажется, не устраивает.

— Почему он вас не ищет, Таня?

У меня внутри все холодеет. До озноба и стиснутых кулаков.

— Я не знаю, Расул. Возможно, Герман считает, что это просто бесполезно. Или… у него появилась другая.

— Другая?

— Я бы этому не удивилась… Мы с какого-то момента уже не жили как муж и жена.

— Избавь меня от подробностей, — морщится он и откидывает салфетку на стол.

Мое настроение тоже рушится вместе с опорой. Разминаю шею, борясь с острым желанием уколоть его и наказать за грубость.

— Интересно? — спрашиваю, находя взглядом Луку рядом с огромной, пятиметровой елкой. Чересчур весело машу сыну рукой. — Здесь сейчас все со вторыми женами?

На равнодушном лице теперь пуленепробиваемая маска.

— О чем ты? — Расул лезет в карман и извлекает из него телефон. Проверяет звонки.

— Ну, утро тридцать первого декабря — это ведь вроде седьмого марта. Новый год для вторых семей. Праздник для запасных. — Оглядываюсь по сторонам, понимая, что отчасти я даже права. — Время тех, кому никогда не суждено стать первыми. Само торжество все эти мужчины отметят с официальными семьями.

«И ты не исключение», — договариваю про себя. В последний рабочий день Таша как бы между прочим сообщила, что все Хаджаевы будут отмечать Новый год у Дзаитовых. И это то, что не обсуждается…

— Тебя так задело, что я не хочу обсасывать твой брак с Салтыковым? — Расул хмурится и крутит в руках кружку с кофе.

— Меня не задело, — говорю. — Кстати, поздравляю с наградой. Видела тебя по телевизору… Вернее, вас. Вы очень красивая пара.

Морщусь от себя: какая я мерзкая!.. Согласилась на все условия и сама же его во всем обвиняю. Обида оказывает на меня ядовитое, разрушающее действие. Становится жарко, а еще я чувствую себя глупо. Щеки пылают.

— Не понимаю, блядь, что я сделал не так? — Расул вдруг тоже злится.

Мы смотрим друг на друга в упор. Между нами стол и тысяча условностей, принятых в его любимой республике.