Книга Грязная подписка, страница 11 – Хантер Грейвс

Я стояла в стороне, надежно укутав голову объемным шарфом. Мои обновленные, ядовито-розовые волосы были надежно спрятаны, не привлекая лишнего внимания. Он меня не видел. Зато я впитала его образ до последней капли.

По сравнению с моей хрупкой фигурой это была сокрушительная гора мышц, безжалостно обтянутая черным матовым материалом тактической экипировки. Каждая деталь его формы кричала об доминировании. Он отдавал приказы так четко, что казалось — одно его слово способно сломать позвоночник любому, кто посмеет ослушаться.

А потом случился тот самый момент, который теперь намертво выжжен на моей сетчатке.

Когда штурм закончился и задержанных скрутили, он тяжело шагнул в тень арки и достал сигарету. Крупная мужская рука в перчатке с обрезанными пальцами небрежно задрала край черной балаклавы. И я увидела лицо. Рубленая линия челюсти, густая щетина, переходящая в темные усы. У меня внутри всё скрутилось в болезненно-сладкий, пульсирующий узел от одного только этого зрелища.

Я сбрасываю мокрую одежду, оставаясь в домашних вещах, распахиваю крышку ноутбука и падаю в свое новое, наконец-то удобное рабочее кресло. Пальцы на секунду зависают над клавиатурой, а затем начинают яростно отбивать ритм, выплескивая сжирающий меня огонь прямо в сеть.

Я публикую новый пост, кусая губы от предвкушения:

«Мои пошлячки, как насчет по-настоящему эксклюзивного материала? Не просто типичный выдуманный военный... А реальный альфа из особого подразделения. Подавляющая сила. Славянский мужчина с... усами. Готовы ли вы встать перед ним на колени, даже если он об этом не просил?» Я с улыбкой отправляю текст, чувствуя, как внутри разгорается пожар. Этот город определенно знает, чем меня накормить.

Уведомления вспыхивают одно за другим, сливаясь в непрерывный цифровой поток. Мои девочки никогда не спят, когда дело касается свежей порции порока. Я подтягиваю колени к груди, обхватывая их руками, и впиваюсь взглядом в бегущие строчки комментариев. Экран освещает мое лицо ровным светом, пока я читаю их откровенные признания.

«Усы? Эм, ты серьезно? Я думала, это прошлый век, но то, как ты его описала… Боже, я уже на коленях. Жду арты!» — пишет моя давняя фанатка с ником SweetPain.

«Славянский спецназовец? Да! Пусть он будет безжалостным. Хочу, чтобы он использовал свои тактические стяжки не по уставу. Пусть заставит героиню умолять, пока его огромная рука сжимает ее горло!» — вторит ей другая.

«Только представь, как эта щетина царапает внутреннюю сторону бедер… Эмма, не томи, давай главу! Я хочу знать, как он ее сломает!»

«Я готова перевести тебе сотню баксов прямо сейчас, только нарисуй его в процессе! Пусть он будет доминирующим ублюдком!»

Их реакция — это мой личный наркотик. Они поглощают мои фантазии, даже не подозревая, что на этот раз я не выдумала ни единой детали. Этот мужчина существует. Он ходит по тем же улицам, отдает приказы своим сбивающим с ног басом и скрывает лицо под черной тканью.

От одной мысли о том, что эта первобытная, тяжелая сила реальна, внизу живота скручивается узел. Я опускаю ладонь на бедро, сквозь ткань домашних штанов ощущая собственную дрожь.

Мой разум методично выстраивает сцену за сценой. Я представляю, как эта неподъемная фигура вторгается в мое личное пространство. Как его массивные ботинки ступают по моему полу, как он возвышается надо мной, подавляя одним своим присутствием. Ему не нужно применять оружие — его энергетика сама выжигает любую волю к сопротивлению, заставляя обнажать шею в знак подчинения.