Онлайн книга «Грязная подписка»
|
— И что «и»? — хмурит кустистые седые брови Волков, пододвигаясь ближе к камере. — Громов, ты чего там, кросс бежишь? Почему дышишь так, будто стометровку в полной выкладке сдал? Что с лицом? Красный весь. Заплыл жиром на домашних харчах, майор? Потерял хватку? — Никак нет, товарищ генерал, — выдавливаю я, прокусывая внутреннюю сторону щеки до солоноватого привкуса крови, лишь бы не издать ни звука. — Просто... в кабинете батареи топят на убой. Не успел проветрить. Виноват. Скорректированные маршруты потребовали... дополнительных вливаний в логистику. Транспортные узлы оказались перегружены. Под столом раздается едва уловимый, приглушенный смешок. Эта маленькая дьяволица прекрасно слышит каждое слово нашего сугубо официального разговора и откровенно наслаждается этим. — Логистику они перегрузили, — недовольно ворчит Волков, перебирая какие-то бумаги на своем столе. — Ладно. Допустим. Теперь по второй части рапорта. Что ты думаешь о переброске группы «Альфа» на южный рубеж? Есть мнение, что они могут не успеть закрепиться до начала учений. Твоя оценка ситуации? Громов? Ты меня вообще слушаешь?! Я слушаю. Но помимо его скрипучего голоса я слышу чавкающие звуки под своим столом. Эмма отстраняется, обхватывает мой ствол обеими руками и начинает ритмично, с силой дрочить его, обильно смазывая собственной слюной, параллельно целуя головку. Она поднимает лицо, и даже в полумраке под столешницей я вижу ее сияющие, полные триумфа глаза. — Я слушаю, товарищ генерал, — мой голос звучит на октаву ниже обычного, с пугающей хрипотцой. — Я считаю, это... о-оптимальное решение. Группа подготовлена. Они... они войдут гладко... без малейшего сопротивления... и проникнут... очень глубоко... Генерал смотрит на меня с откровенным недоумением. — Войдут гладко? Проникнут глубоко? — переспрашивает Волков с ледяной интонацией. — Майор, ты какими терминами оперируешь в официальном докладе? Ты мне тактические маневры описываешь или бульварный роман цитируешь?! Я встряхиваю головой, собирая в кулак последние крохи армейской выдержки. — Виноват, товарищ генерал. Оговорился. Имел в виду, что группа оперативно займет позиции и выполнит глубокий прорыв в тыл условного противника без тактических потерь. Волков еще несколько долгих, невыносимых секунд сверлит меня взглядом, словно пытаясь понять, не сошел ли его лучший аналитик с ума. Эмма же, поймав мой отчаянный ритм, ускоряет движения губ и рук, доводя меня до самой грани. Мои мышцы каменеют. Я больше не выдержу. Еще минута этого дипломатического бреда, и я кончу прямо в прямом эфире перед командованием. — Добро, — наконец отрезает генерал, возвращаясь к бумагам. — Оценку принял. Жду откорректированный финальный отчет по бюджету завтра к 08:00 утра на моем столе. И открой форточку, Громов. Смотреть на тебя тошно. Конец связи. Экран мигает и гаснет. Я отшвыриваю ноутбук на край стола так быстро, что он едва не слетает на пол, и с шумным, утробным рыком ныряю руками под столешницу. Хватаю Эмму за плечи, вытаскивая ее из-под стола, и одним слитным движением перекидываю через себя, укладывая прямо на разбросанные по столешнице распечатки секретных рапортов и графиков. — «Они войдут гладко и проникнут очень глубоко»? — цитирует она меня, задыхаясь от смеха. — Серьезно, майор Громов? Какая блестящая тактическая аналитика! — Ты доигралась, маленькая дьяволица, — мои руки безжалостно сжимают ее бедра, раздвигая их в стороны. — Генерал просил глубокий прорыв в тыл противника? Сейчас я продемонстрирую тебе это на практике. По всем нормативам. И, клянусь, пощады ты не допросишься. Конец. |