Книга Грязная подписка, страница 12 – Хантер Грейвс

Пальцы тянутся к графическому планшету. Я активирую перо. Белый холст на экране ждет первых штрихов. Я начинаю с контуров. Широкие плечи, мощная шея, скрытая воротником куртки. Я с маниакальной точностью прорисовываю каждую деталь экипировки, которую успела выцепить взглядом: разгрузочный жилет, кобуру на бедре, ремни, натянутые на бугрящихся мышцах.

А затем перехожу к лицу. Резкая геометрия скул, глубокие тени. И эти усы, смешанные с небрежной, колючей щетиной. В них есть что-то пугающе агрессивное, не вписывающееся в глянцевые стандарты красоты, но оттого еще более притягательное, властное. Мой стилус высекает на экране его оскал. Тот самый оскал, который преследует меня с момента уличного столкновения.

«Ты даже не знаешь, кто я, — мысленно обращаюсь к своему нарисованному палачу, уверенно выводя линию его подбородка. — Но в моем мире ты будешь делать с ней всё, что я захочу. Твоя сила теперь в моих руках».

В правом нижнем углу экрана всплывает крошечное системное уведомление — какой-то фоновый процесс или сбой сети. Я сбрасываю его одним небрежным кликом, совершенно не придавая значения. Мое внимание намертво приковано к цифровому холсту, на котором сейчас обретает кожу мой персональный демон в черном камуфляже.

Рисунок обретает финальные черты. Последний штрих — тень на массивной челюсти и текстура ткани на разгрузке. Идеально. Я без колебаний экспортирую файл и заливаю этот концентрат на закрытую страницу своего блога, выставляя максимальный ценник за доступ.

Алгоритмы срабатывают мгновенно. Смартфон вспыхивает непрерывным каскадом оповещений, сливающихся в единую ленту. Цифры на балансе стремительно ползут вверх: сыплются переводы, активируются новые премиум-подписки. Моя преданная аудитория не скупится, щедро оплачивая визуализацию этой доминирующей силы. Я впитываю их обожание, чувствуя себя полноправной хозяйкой их разума.

Но среди потока визгливых восторгов и пошлых комментариев одно уведомление буквально врезается в глаза, разрушая триумф. Всплывающее окно банковской транзакции. Сумма перевода — сто пятьдесят долларов одним чеком. Отправитель спрятан за безликой системной плашкой «Аноним».

«Ты ошиблась. Неправильно отрисовала форму Макарова. Исправь».

Внутри всё резко обрывается, обрушиваясь куда-то в район желудка. Дыхание перехватывает тугим, болезненным спазмом.

Кто это пишет? Залетный диванный эксперт по оружию, готовый спустить круглую сумму ради утверждения своего превосходства в комментариях под откровенным артом? Мой взгляд судорожно метнулся к монитору, впиваясь в нарисованную кобуру на бедре моего персонального палача. Я восстанавливала пистолет по памяти, ухватив лишь общие черты в той уличной суматохе, находясь в состоянии аффекта.

Грудную клетку сдавливает колючее, изматывающее предчувствие. В этих словах нет фанатского восхищения. В них звучит прямой, не терпящий возражений приказ.

И самое омерзительное — я бессильна. Ни никнейма, ни малейшей зацепки. Просто безымянный, подавляющий авторитет, бесцеремонно вторгшийся на мою личную территорию.

И вместо того, чтобы проигнорировать этого наглеца или послать его к черту, я покорно открываю исходник файла.

Десять минут лихорадочного поиска в сети, вкладки с макросъемкой табельного оружия. Я впиваюсь глазами в реальные фотографии и сжимаю челюсти от обжигающей досады: он оказался прав. Моя отрисовка ребристой рукояти выглядела жалкой, дилетантской пародией.