Онлайн книга «Добиться недотрогу»
|
Глава 32 Никита Первая неделя была адом. Волк, лишённый привычных действий — проверять её местоположение, придумывать поводы для встречи, даже просто знать, что она находится в зоне его влияния на стройплощадке, — метался в своей клетке, царапая стены изнутри. Он выл по ночам, лишая меня сна, и днём отравлял каждую мысль навязчивым: «Проверить. Увидеть. Убедиться, что она всё ещё там.» Но я держался. Цеплялся за её слова, как утопающий за соломинку. «Мой выбор. Мои условия.» Если я сорвусь сейчас, всё будет потеряно навсегда. Она не простит слабости. Она увидит в этом подтверждение слов Марины — что я всего лишь зверь, неспособный к самообладанию. Я не срывался. Но я и не бездействовал. Её вызов — «отбить как человек» — требовал действий. Но действий другого рода. Первым делом я нанял человека. Не для слежки за ней. Для слежки… за собой. Вернее, для помощи в соблюдении правил. Молодого, трезвомыслящего бету из другой стаи, не связанного со мной эмоционально. Его задача была проста: быть моей «совестью». Когда я в пятый раз за день тянулся к телефону, чтобы посмотреть её маршруты (у меня всё ещё были доступы), он должен был останавливать меня словом или действием. Когда я предлагал «случайно» купить здание, где находился её офис, он качал головой. Это было унизительно и невероятно эффективно. Параллельно я начал… учиться. Читать. Не техническую литературу и не отчёты. Книги о психологии, о коммуникации, даже дурацкие статьи «как правильно ухаживать за женщиной». Я впитывал это, как губка, пытаясь понять логику мира, в котором нельзя было положиться на нюх и когти. Мира, где побеждали слова, терпение и уважение. Через неделю я решился на первый шаг. Не личный. Публичный. Я заказал букет. Не розы, не орхидеи — что-то изысканное, но сдержанное. Композицию из белых калл, эвкалипта и ягод гиперкиума. Без намёка на романтическую пошлость. Без карточки. В сопроводительном письме для курьера было указано: «Для Анастасии Северцева от благодарного клиента. Пожалуйста, передайте лично в руки.» Курьер доставил букет прямо в офис «Коршунов и партнёры», в разгар рабочего дня. Я знал, потому что мой «помощник» дежурил внизу и сообщил. Он сказал, что через полчаса из здания вышла она, с этим букетом в руках. Она стояла на ступеньках, смотрела на цветы с совершенно недоумённым выражением лица, потом медленно, будто нехотя, вдохнула их аромат. И у неё дрогнули уголки губ. Не в улыбку. В нечто более сложное. Задумчивость, смешанную с… интересом? Этот крошечный, переданный вторыми руками отчет стал моим наркотиком на следующие три дня. Она не выбросила цветы. Она приняла их. И, кажется, задумалась. Следующим шагом стало письмо. Настоящее, на бумаге, отправленное обычной почтой на её домашний адрес. Я писал его десять раз, рвал и начинал заново. В итоге получилось три строчки. «Анастасия, Прошлая неделя без ваших саркастичных комментариев по поводу моих вкусовых предпочтений оказалась на удивление скучной. Если у вас найдется время и желание поужинать в субботу (без обсуждения сметы и коэффициента теплопроводности), буду рад вас видеть в «Эль-Сентро» в восемь. Н.А.» Я указал ресторан, который, как я знал, ей нравился (подслушал в разговоре с коллегой), но куда она вряд ли ходила часто из-за цен. Я бросил конверт в почтовый ящик и приготовился ждать отказа или, что более вероятно, полного молчания. |