Книга Смерть чужака, страница 41 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Я возьму у вас показания, — мягко сказал Хэмиш. — А потом не могли бы вы приехать в полицейский участок и подписать их?

Она кивнула.

— Где вы нашли челюсть?

— Мой пес нашел ее в кустарнике на повороте дороги за Кроэном, когда отъезжаешь от «Кроэнских морепродуктов и дичи».

— Я знала, что он мертв, — глухо сказала она. — Я чувствовала это. Он бы не оставил меня в покое так надолго. Ему слишком нравилось меня мучить. Бедный Уильям.

— Миссис Мейнворинг, если тот скелет принадлежит вашему мужу, есть ли у вас идеи, что могло с ним случиться?

— Нет. И думать об этом не желаю. Не может быть, что это он. Я не думаю, что это как-то связано с ним. Просто чья-то злая шутка.

Хэмиш с любопытством наблюдал за ней. Она казалась совершенно спокойной, но шок действовал на людей по-разному.

— Вас расстроит, если мы немного поговорим о нем? — мягко спросил он. — Расскажите мне о его армейской карьере. Он сказал, что был как-то связан с МИ-5.

— Как же он любил про это говорить. — Миссис Мейнворинг прикурила еще одну сигарету. — Ему нравилось изображать отставного военного, это было частью его легенды. Он служил капитаном в армии. И никогда не был кадровым офицером^[23]. Просто попал под призыв, как и все остальные.

— А как он разбогател?

Она хохотнула, и в ее смехе было что-то пугающее.

— Женился на мне, — сказала она. — Я жила в Мейдстоне в Кенте с матерью, которая к тому времени была на последнем издыхании. Ни один мужчина не делал мне предложения и даже не смотрел на меня, а тут появился Уильям. — Ее глаза стали мечтательными. — Он продавал автомобили. Мама издевательски шутила над продавцами машин и говорила, что ему нужны только мои деньги. Я ей не верила. Он был таким обаятельным. Но я решила его проверить. Я сказала, что мама управляет деньгами и ничего мне не дает, и после этого он пропал на целую неделю. К выходным мама умерла от сердечного приступа, некролог появился в местной газете, и Уильям снова объявился, как раз к похоронам. Он был очень участлив. Сказал, что получил в наследство поместье в Шотландии. И что мы поженимся и переедем туда. Мать оставила мне дом в Мейдстоне и деньги. Я тогда так от всего устала. И считала себя старомодной. Мне внушили, что женщины не могут управляться с делами. Уильям сказал, что если я переведу все деньги ему, то он сам организует продажу дома и обо всем позаботится.

— Вы очень доверчивы, — неловко сказал Хэмиш.

Она продолжила, будто не услышав его:

— Я так и сделала, мы поженились и переехали сюда. Я знаю, что многим приезжим не нравится Кроэн, но я его полюбила и до сих пор люблю. Женщины здесь такие приятные, вежливые и дружелюбные. Старомодные, как я. Но Уильям изменился. Знаете, я простила ему обман. Этот дом едва ли можно назвать поместьем. Но он принялся бесконечно пилить меня и придираться с утра до ночи. Он возненавидел это место и начал получать удовольствие от чужой ненависти к себе. Это заставляло его чувствовать собственную важность. А я не могла уйти от него. Деньги находились в его руках. Вы слышали о герцоге Сазерленде, который в прошлом веке начал Шотландские огораживания, — том, что приказал своим людям выгнать крестьян из их домов, чтобы превратить весь север в овечьи пастбища?

— Конечно, — сказал Хэмиш.