Книга Второй шанс для Алой Пиявки, страница 35 – Айра Мэйрвелл

— Нет, Сяоту, — сказала я. — Принеси мне мужскую одежду, ту, что мы приготовили. И сверток со стальными иглами. А потом… потом слушай меня очень внимательно.

Я изложила ей свой план. План на случай, если я не вернусь. В нем было все: где лежат деньги, кому передать компрометирующие свитки на клан Чжао, как, используя тайный ход, сбежать из столицы и затеряться в южных провинциях. Сяоту слушала молча, ее губы были сжаты в тонкую линию. Девчушка не плакала и не отговаривала меня. Когда я закончила, она просто низко поклонилась.

— Я буду ждать вас до рассвета, госпожа. А потом я сделаю все, как вы приказали.

Переодевание было трансформацией. С каждым слоем шелка, спадающим на пол, я избавлялась от Леди Лиюэ. Когда я затянула на себе пояс простых черных штанов и куртки, я почувствовала, как меняется моя осанка и моя походка. Это была одежда для дела, не для позерства. Я спрятала кинжал за пояс, а три самые тонкие и острые иглы — в специальный кожаный наруч, который я сама сшила, закрепив его на левом предплечье под рукавом. Они холодили кожу, напоминая о себе.

Выскользнуть из резиденции оказалось на удивление легко. Ночная стража была сонной и ленивой, привыкшей к тому, что все угрозы исходят извне, а не изнутри. Я двигалась, как призрак, используя знания о слепых зонах, которые я почерпнула из планов поместья. Ночной воздух столицы был прохладным и влажным. Он пах остывающим камнем, ночными цветами и далеким дымом.

Старый колодец за Западными воротами был заброшен и находился в роще платанов, скрывавшей его от посторонних глаз. Когда я подошла, они уже были там. Десять черных теней, застывших в абсолютной неподвижности. «Черная стража». Элита из элит. Личная гвардия генерала Цзинь Вэя. Даже в тусклом свете луны я видела отблески на их темной, без единого украшения броне. Их лица были скрыты масками, оставлявшими открытыми только глаза. И эти глаза, все десять пар, были устремлены на меня. В них не было любопытства. В них было холодное, профессиональное презрение. Они смотрели на меня как на обузу, как на каприз командира, который им придется терпеть.

Сам генерал стоял чуть в стороне. Он тоже был в боевом облачении — легкая кожаная броня поверх темной одежды. Его лицо было открыто, но казалось еще более непроницаемой маской, чем у его солдат. Цзинь Вэй окинул меня быстрым, оценивающим взглядом, задержавшись на том, как я двигаюсь и как держу руки. Он не искал во мне женщину-аристократку, а искал солдата. И, кажется, то, что он увидел, его не удовлетворило.

— Вы опоздали, — произнес он вместо приветствия. — На тридцать секунд.

— Простите, генерал, — ответила я. — В следующий раз я привяжу к ногам крылья.

Один из гвардейцев за его спиной едва заметно качнул головой. Дерзить командиру было немыслимо. Но Цзинь Вэй проигнорировал мою колкость.

— Здесь нет «следующего раза», леди. Здесь есть только приказ. Вы следуете за мной и не издаете ни звука. Вы не задаете вопросов и делаете только то, что я говорю. Если я говорю «бежать» — вы бежите. Если я говорю «умереть» — вы умираете. Это ясно?

— Да, генерал.

Он кивнул своему заместителю, здоровенному воину, на маске которого была выгравирована крошечная царапина — видимо, знак различия. Тот вместе с двумя другими гвардейцами подошел к колодцу и начал сдвигать тяжелую каменную крышку. Раздался скрежет, и в нос ударил густой, затхлый запах сырой земли, плесени и чего-то еще.