Книга Второй шанс для Алой Пиявки, страница 33 – Айра Мэйрвелл

Следующей была «Тетушка Фэн», хозяйка чайной, которая на самом деле была прикрытием для игорного дома и места встреч мелких контрабандистов. Здесь Сяоту использовала другую тактику. Она не угрожала, а предложила Тетушке Фэн новый, редкий сорт чая с юга, который я специально для этого купила через подставных лиц. Чай, который мог привлечь в ее заведение богатых клиентов. В обмен на чай — информация о всех новых лицах, которые появляются в ее чайной и задают странные вопросы.

Так, шаг за шагом, в течение двух недель мы плели нашу сеть. Мальчишки-беспризорники, которые могли пролезть в любую щель, начали сообщать нам о всех подозрительных грузах, которые привозят в храм по ночам. Прачки, стиравшие одежду монахов, рассказывали о странных пятнах земли и глины на их рясах. Продавец лепешек на углу запоминал лица всех, кто задерживался у стен храма дольше обычного.

Информация стекалась ко мне тонкими ручейками. Большая часть была бесполезным мусором. Но я терпеливо, как золотоискатель, просеивала эту породу в поисках крупиц истины. Я завела специальную книгу, где записывала все донесения, сопоставляла их, искала закономерности. Мой кабинет превратился в штаб-квартиру тайной разведывательной службы.

Генералу я ничего не сообщала. Было еще слишком рано. Мне нужен был не просто слух, а неопровержимый факт.

Прорыв случился на третью неделю. Один из мальчишек «Одноглазого Лао» сообщил, что видел, как несколько «монахов» поздно ночью выносили из храма корзины. Но не с мусором, а с землей. И вносили внутрь длинные доски и мешки с чем-то, похожим на крепеж. Одновременно от Тетушки Фэн пришла весть, что в ее чайной появился новый посетитель — тихий человек, который ни с кем не говорил, но скупал в огромных количествах масло для ламп и фитили. А прачки донесли, что у «монахов» на руках мозоли, не от молитв, а от тяжелой физической работы.

Я сложила эти три факта вместе, и мне все стало ясно. Они не просто искали вход, а уже нашли его. И сейчас они укрепляли своды старых туннелей, готовя их к проходу большой группы людей. Они копали, копали прямо под носом у всей столицы.

Это было то, что нужно. Конкретная, проверяемая информация. Теперь нужно было передать ее генералу.

Я взяла цветок белой камелии из вазы в своей комнате, высушила один из его лепестков и вложила его в простую книгу со стихами. Книгу я передала через Сяоту одному из уличных книготорговцев, с приказом выставить ее на своем лотке. Белый лепесток означал «Срочная информация. Жду встречи». Красный означал бы «Опасность. Сеть под угрозой».

На следующий день пришел ответ. С утренней почтой мне доставили приглашение от министра обрядов посетить поэтический вечер в его резиденции. В углу приглашения тушью была нарисована крошечная, едва заметная ива. Точно такая же, как та, что росла в саду камелий. Место встречи было назначено.

Поэтический вечер был невыносимо скучным. Бездарные поэты читали напыщенные оды, восхваляющие мудрость императора и красоту придворных дам. Я сидела с вежливой улыбкой, изредка аплодируя, и чувствовала на себе десятки взглядов. Особенно тяжелым был взгляд леди Чжао, которая сидела в другом конце зала. В ее глазах плескалась неприкрытая ненависть.

В середине вечера, сославшись на головную боль, я вышла в сад. Цзинь Вэй был там, ждал меня в тени бамбуковой рощи.