Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет, страница 82 – Ангелина Сантос

Орден едва успевал записывать.

Эйран стоял бледный, но не прерывал.

Ровена слушала каждое слово, и с каждым свидетельством ее лицо становилось все старше.

Марина держалась.

До последнего.

Когда вышла Мира, зал стал особенно тихим.

Служанка дрожала, но голос у нее был чистый.

— Я служила леди Ливии. Она не была безумной. Она боялась, но не была слабой. Она писала письма брату, но многие исчезали. Она просила доступ к счетам, но ей говорили, что хозяйственные дела не для нее. Она ждала лорда Эйрана на годовщину. И когда пришла записка, она плакала не потому, что хотела устроить сцену. Она сказала: «Я только хочу понять, чем я заслужила такую пустоту». А потом ушла.

Марина закрыла глаза.

Эйран опустил голову.

Мира продолжила:

— Ночью, когда ее нашли, я слышала у малого алтаря женский голос. Он сказал: «Теперь все будут думать, что ты сама». Я не видела лица. Но голос был похож на леди Селесту.

Зал всколыхнулся.

Орден записал.

Мира поклонилась и отошла, белая как полотно.

Марина хотела подойти к ней, но ноги уже почти не держали.

Ферн заметил.

Эйран тоже.

Он сделал шаг к ней, но Марина чуть подняла руку.

Не сейчас.

Она должна закончить.

— Все свидетельства будут внесены в запись дома и представлены Совету, — сказала она. — До рассвета каждый, кто вспомнит еще что-то, идет к мастеру Ордену или капитану Гарту. Двери леди Дрейкхолд открыты для правды. Для лжи — закрыты.

Сердце рода ударило еще раз.

На этот раз ровно.

Сбор завершился не громом и не красивым жестом.

Люди просто начали расходиться — потрясенные, испуганные, но уже другие. Дом, который слишком долго молчал, впервые услышал собственный голос.

Марина повернулась к выходу.

И почти упала.

Эйран подхватил ее.

На этот раз она не успела отстраниться.

Да и не смогла бы.

— Держитесь, — сказал он тихо.

— Я держусь.

— Нет.

Он поднял ее на руки.

Зал видел.

Марина хотела возмутиться, но перед глазами уже плыло.

— Поставьте.

— Нет.

— Это приказ?

— Нет. Это я наконец делаю то, что должен был делать раньше.

— Носить жену по залам?

— Не давать ей падать одной.

Она замолчала.

Потому что сил на ответ не осталось.

Он нес ее через зал, и никто не посмел шепнуть.

У дверей Марина успела увидеть, как Гарт уводит побледневшего Краста под стражей, как Орден прижимает к груди книгу свидетельств, как Ровена стоит одна под черным гербом и смотрит не на них, а куда-то внутрь себя.

А потом взгляд зацепился за верхнюю галерею.

Там, между колоннами, стояла Селеста.

Невозможно.

Она должна быть под стражей.

Но она стояла там — бледная, в темном плаще, с распущенными волосами. На миг их взгляды встретились.

Селеста улыбнулась.

И приложила палец к губам.

Марина резко вдохнула.

— Эйран…

Он остановился.

— Что?

Она посмотрела снова.

Галерея была пуста.

Только темная штора колыхалась у колонны.

— Селеста, — прошептала Марина.

Эйран повернулся к Гарту:

— Проверить верхнюю галерею. Немедленно.

Гарт бросился наверх.

Марина сжала пальцы на плече Эйрана.

— Она вышла из-под стражи.

— Или кто-то хочет, чтобы вы так думали.

— Нет.

Она видела улыбку.

Слишком живую.

Слишком ядовитую.

Сердце рода под замком вдруг сбилось на один удар.

И в этот сбой вплелся тихий женский смех, который услышала только Марина.

Селеста еще не проиграла.

Она просто сменила кожу.