Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет, страница 72 – Ангелина Сантос

— Остановите ее!

Селеста поднялась с пола, лицо искажено яростью. В руках у нее появился осколок разбитого сосуда, черный от крови Эйрана.

Она бросилась к Марине.

Эйран не успевал.

Кай тоже.

Марина увидела движение боковым зрением, но отойти не могла: ладонь словно приросла к чаше, Сердце держало ее.

Селеста занесла осколок.

И вдруг между ними встала Лиара.

Не ледяная тварь.

Не страшная сущность.

Женщина в белом, прозрачная, с темными волосами и глазами, полными холодной усталости.

Осколок прошел сквозь нее и рассыпался инеем.

Селеста закричала.

Лиара повернулась к Каю:

— Назови.

Кай, стоя на коленях у колонны, поднял голову.

— Лиара Норт была моей женой, — сказал он хрипло. — И ее убили здесь.

Сердце ударило.

Ледяные фигуры замерли.

Марина почувствовала, как Сердце перестает тянуть ее силу и начинает слушать.

Теперь Эйран.

Она повернула голову к нему.

Он понял без слов.

Встал, несмотря на рану в плече, и произнес:

— Ливия Арден Дрейкхолд была моей женой. Ее дар запечатали, ее память украли, ее смерть подменили ложью. Я, Эйран Дрейкхолд, глава рода, признаю свою вину: я не видел, не слушал и позволил врагам использовать мой дом против нее.

Сердце вспыхнуло золотом.

Мариус побледнел.

— Дурак. Ты сам отдаешь ей власть.

Эйран посмотрел на него.

— Нет. Возвращаю то, что у нее украли.

Марина почувствовала, как по ее руке идет тепло. Не боль. Сила.

Кровь в чаше поднялась тонкой золотой нитью и коснулась Сердца.

Белая трещина перестала расти.

Но не исчезла.

Вместо этого от нее отделился темный сгусток, похожий на запекшуюся клятву. Он упал на каменный пол и начал складываться в слова.

Орден, вбежавший в зал с Мирой и двумя стражниками, вскрикнул:

— Запись!

На полу проявилась старая брачная формула.

Сначала истинная:

«Глава рода и супруга рода входят в клятву как две стороны Сердца».

Потом поверх нее проступила чужая строка, выжженная рубиновым светом:

«Супруга рода отдает дар, память и право голоса главе рода до рождения наследника».

Марина холодно посмотрела на Мариуса.

— Вот она. Измененная клятва.

Орден упал на колени перед записью, вытаскивая дощечку, перо, бумагу, все сразу.

— Свидетельствую! Старшая подмена брачной формулы! При живых супругах! С кровью обоих сторон!

Мариус отступил.

— Вы ничего не докажете Совету.

Эйран поднял меч.

— Совет уже идет сюда.

Мариус усмехнулся.

— Думаете, я пришел один?

Тени у дальней стены зашевелились.

Из боковых проходов вышли люди в серых плащах Совета. Не свидетели. Вооруженные маги. На их руках светились знаки Вирнов и еще один знак — стертый, но Марина уже знала его.

Морвен.

Мертвый дом не умер.

Он просто научился жить под чужими именами.

Селеста, тяжело дыша, поднялась рядом с отцом.

— Ты все испортил, — прошипела она ему.

Мариус даже не посмотрел на нее.

— Ты испортила, когда не смогла удержать мужчину.

Селеста побледнела.

Вот и вся отцовская любовь.

Мариус поднял руку.

— Забрать женщину. Дракона не убивать. Пока.

Маги двинулись вперед.

Эйран шагнул перед Мариной.

Кай поднялся рядом, шатаясь, но с мечом.

Гарт и стражники сомкнули строй.

Ферн схватил вторую склянку и сказал:

— Предупреждаю, я очень плохой целитель для врагов.

Марина стояла у чаши, с окровавленной ладонью и горящей меткой, и понимала: если сейчас начнется бой, Сердце снова треснет. Внизу, под замком, слишком много магии, крови и старой лжи. Один неверный удар — и Дрейкхолд рухнет изнутри.