Книга Яд, что слаще мёда, страница 80 – Кассиан Маринер

Цзи Сичэнь стал требовательным и отстраненным начальником. Он больше не касался меня без необходимости и не смотрел мне в глаза дольше секунды. Если наши руки случайно соприкасались при передаче свитков, он отдергивал свою так, словно я была раскаленным углем, или же каким-то грязным существом на свете, к которому не хотелось прикасаться.

А я медленно умирала от этого холода. Мое тело, познавшее его жар, теперь ныло от нехватки его прикосновений сильнее, чем сломанная рука. Я ловила себя на том, что ищу его взглядом, прислушиваюсь к его шагам в коридоре и вдыхаю запах его плаща, когда он оставляет его на стуле. Это унижало. Я, Мо Юйлань, поклявшаяся никогда больше не зависеть от мужчины, превратилась в тень, жаждущую внимания своего хозяина. Как низко я пала…

— Ты перепутала отчеты, — голос Цзи Сичэня прозвучал сухо, вырывая меня из мыслей. Он бросил свиток на стол передо мной. — Здесь данные по поставкам шелка за прошлый год, а мне нужны за ближайший период. Будь внимательнее, Нин Шуан.

Он снова звал меня Нин Шуан, словно Мо Юйлань исчезла той ночью, растворилась в воздухе. Все в усадьбе знали, что я женщина, но игнорировали это знание. Главное — я полезна хозяину. А когда стану бесполезна, то меня выбросят. Так думали все.

— Простите, хозяин, — склонила голову, пряча глаза. — Я исправлю.

— Не нужно. Я сам найду. Иди отдыхай, ты выглядишь бледной.

«Я выгляжу бледной, потому что не сплю, думая о тебе, бессердечный ты чурбан», — хотела крикнуть я, но промолчала.

— Как прикажете.

Я встала, неловко придерживая больную руку. В этот момент в библиотеку вошел Лю, который выглядел встревоженным. В руках он держал красную бумагу с золотым тиснением.

— Хозяин, — Лю поклонился, но его взгляд метнулся ко мне, в нем отразилось сочувствие, которое мне не понравилось. — Прибыл гонец из Министерства Церемоний.

Цзи Сичэнь поднял голову, его лицо мгновенно окаменело.

— От Гуань Юньси ?

— Приглашение на банкет в честь помолвки.

В комнате стало так тихо, что я услышала, как за окном упала капля с карниза. Цзи Сичэнь медленно протянул руку.

— Дай сюда.

Лю передал бумагу. Цзи Сичэнь резко развернул её и прочитал содержимое. Его брови сошлись на переносице. Он поднял глаза на меня, и в них мелькнули жалость и гнев.

— Тебе лучше сесть, Юйлань.

Мое сердце забилось в груди сильнее. Я не села, только вцепилась здоровой рукой в край стола.

— Что там? Что там написано?

Цзи Сичэнь не ответил. Я подошла ближе и взглянула на бумагу, на золотые иероглифы и имена. Гуань Юньси... и... Мир перед глазами качнулся. Мо Ханьлу.

Мои глаза защипало. Мо Ханьлу, моя младшая сестра, дочь наложницы отца. Тихая, скромная девочка с большими глазами, всегда ходившая за мной хвостиком. Та, которой я заплетала косы и учила вышивать, которая плакала, когда я уезжала от неё ненадолго, и обещала молиться за меня.

— Ханьлу... — прошептала я. — Не может быть. Ей всего шестнадцать. Это… свадьба?

— Ей шестнадцать, и она единственная оставшаяся дочь клана Мо, которую можно использовать, — жестко сказал Цзи Сичэнь. — Твой отец не растерялся. Когда ты «опозорила» семью и сбежала, он тут же предложил Гуань Юньси замену.

Я рухнула на стул. Ноги отказались держать тело. Гуань Юньси не просто заменил меня, а взял мою сестру, чтобы показать мне: «Ты заменима. Любая из твоего рода подойдет, лишь бы она была послушной». А Ханьлу? Она согласилась? Или отец заставил её?