Книга Поймите меня правильно, страница 68 – Питер Чейни

Смотрю на него и улыбаюсь.

— Ты ведь наслаждался, запихивая провинившихся в парафиновые ванны. Мне не понадобится заходить так далеко. Я начну с зажигалки, поднесенной к пальцам, и посмотрю, как тебе это понравится.

Закуриваю сигарету.

— Когда ты отсюда выйдешь, тебя примет Крельц. Это начальник полиции. Вы с ним немного прокатитесь, и ты окажешься в тюрьме, из которой уже не выйдешь. Но в каком виде ты туда попадешь, зависит от тебя. Советую не злить Крельца и его ребят, иначе они переломают тебе половину ребер, а физиономия твоя приобретет вид губки, по которой ходили весь день. Ну, что скажешь на это?

Он глубоко, с присвистом, втягивает воздух. Потом начинает улыбаться. Он похож на гадюку, у которой лопнуло терпение.

— Догадываюсь, что Жоржетта раскрыла свою пасть, – говорит он. – Хотел бы я вразумить ее вручную, эту…

— На твоем месте, Истриа, я бы не беспокоился о ней, – перебиваю его. – Ты больше не дотянешься до нее.

— Конечно. Ты же все знаешь, умник? Слушай, а можно сигаретку?

Бросаю на стол сигарету и зажигалку. Джейк закуривает.

— А знаешь, Коушен, когда ты сказал, что мне конец, я не особо разволновался. Ты недалек от истины. Мои делишки в Чикаго давно уже идут паршиво, и выверт Ятлина тоже радости не добавляет. Устал я от всего этого.

Теперь и Жоржетта меня предала. Думаю, малютка просто дожидалась удобного момента. Что ж, сам виноват. Мужчина, который поверяет дамочке свои дела, напрашивается на беду. И беда не замедлит прийти. Но хотел бы я побеседовать с крошкой хотя бы пять минут. Я бы ее вразумил.

Истриа опять улыбается. Он выглядит так, словно продал дьяволу свой первый заочный курс интриг.

— Если ты говорил с Крельцем, наверное, он тебе сказал о моем намерении свалить из Чикаго, – продолжает он. – Я жутко устал. Будь у меня обе половины формулы – грирсоновская в дополнение к джеймисоновской, – я бы еще потягался с вами. Да, потягался бы. Но настоящий расклад – хуже некуда.

Он глубоко затягивается.

— Однако согласись, Коушен, что у меня есть выбор. Я могу сыграть как по маслу, а могу доставить вам хлопот. Если ты и молодцы из полиции надавите на меня, вы получите нужные вам сведения. Но может, мне удастся продержаться на плаву еще немного? Может, мы как-нибудь договоримся?

— Не договоримся. Я не собираюсь заключать с тобой сделок, Истриа. Ты обязательно получишь по заслугам. В лучшем случае тебе светит от пятнадцати до двадцати лет.

Он пожимает плечами:

— Да, федеральные отродья. Вы меня засадите. Но парням иногда удается бежать из тюряги. Глядишь, и у меня получится. А пока я не прочь передохнуть.

— Передохнешь на нарах, Истриа. Хватит трепаться. Говори по делу. А то меня уже тошнит от твоей крысиной физиономии.

— Что ж, слушай. Ты, поди, знаешь, что я живу в апартаментах «Депин». В библиотеке, за книжными стеллажами, есть стенной сейф. О нем никто не знает, даже Жоржетта. Сегодня утром я переместил формулу туда. Справа есть незаметная кнопка. Нажми ее, и часть стеллажа сдвинется. А ключ к сейфу здесь, в шкафу под буквой «С».

— Вот ты мне его сейчас и принесешь, – говорю я.

Истриа встает, обходит вокруг стола и направляется к шкафу. Меня смущает подозрительная легкость. Парень явно собрался устроить еще какой-нибудь трюк. Терять ему нечего, почему не рискнуть?