Книга Поймите меня правильно, страница 43 – Питер Чейни

Быстро обдумываю ее ответ. Говорит дамочка правду или темнит? Поди разбери!

— Послушай, Селлара. Мне бы чертовски не хотелось тащить тебя в местное полицейское управление и размахивать перед начальником моим удостоверением. Тебе ничего хорошего это не сулит. Ответь: ты сейчас говоришь правду или пытаешься меня облапошить?

Селлара смотрит на меня:

— Подойди, загляни мне в глаза – и сам поймешь, могу ли я тебе лгать.

Подхожу. Заглядываю. Ее глаза мокрые от слез. Некоторым дамочкам слезы очень к лицу. Такая мысль приходит мне в голову. Потом вижу, что слезы слезами, а Селлара улыбается и смотрит мне за спину.

Приехали!

Быстро поворачиваюсь и лезу в пиджак за люгером, но я безнадежно опоздал. В проеме двери, ведущей в соседнюю комнату, вижу троих парней. Крупных, рослых. Все они в смокингах, однако сразу видно, что это за публика. У одного в руках автоматический кольт сорок пятого калибра, направленный мне в живот.

— Спокойно, приятель, – говорит мне этот хмырь.

Он подходит ко мне, забирает из наплечной кобуры люгер и опускает в карман своего смокинга. Потом быстро ощупывает меня на предмет другого припрятанного оружия. Селлара подошла к столу и дымит сигаретой, улыбаясь, как кошка, которой удалось что-то украсть со стола. Чувствую, дамочка очень довольна собой.

— А теперь идем с нами, малыш, – говорит мне верзила с пистолетом. – Возле дома тебя ждет миленький желтый быстроходный автомобильчик. Думаю, ты не откажешься прокатиться.

Окидываю взглядом этого парня. Около шести футов роста, американец. Его спутники – мексиканцы. Я изображаю кислую улыбку.

— Похоже, это будет моя последняя поездка, – говорю ему. – Вероятно, деликатного обращения я от вас не дождусь.

— Ишь чего захотел! – ухмыляется он. – Еще и деликатничать с тобой! То, что от тебя останется после нас, твоя сестрица не обменяет даже на старые дырявые панталоны. Шевели ногами, красавчик. Сюда давай!

Он вталкивает меня в соседнюю комнату. Успеваю обернуться и бросить Селларе:

— Adios, carissima mia!^[27] Если мне повезет, в ближайшее время мы еще встретимся, и после этого ты шестнадцать лет подряд сможешь сидеть разве что на надувных подушках.

В ответ слышу грубость.

Парни через черный ход выволакивают меня на задворки. Невдалеке стоит их машина. Меня заталкивают на заднее сиденье. Верзила с пистолетом садится рядом. Двое других размещаются впереди. Машина выруливает на главную магистраль и быстро несется по городу.

Верзила сидит справа. Дуло его пистолета утыкается мне в ребра. Другой рукой он достает пачку сигарет и одну протягивает мне.

— Подыми напоследок, – говорит он. – Может, успеешь докурить до половины. В пяти милях от города есть шикарная свалка. Там ты и будешь валяться, когда мы всадим тебе в брюхо полдюжины пуль. Как тебе такая перспектива, умник?

— Не очень, – отвечаю я. – Она меня совсем не устраивает. Парни, а вам не приходило в голову, что вы сейчас делаете большую ошибку?

Он улыбается, сверкая красивыми, ровными зубами:

— Надеешься нас испугать, сосунок?

На перекрестке мы сворачиваем на другую магистраль и едем к восточной окраине Мехико. Ночь тихая и теплая. Смотрю на парня и улыбаюсь, а сам начинаю незаметно задирать левую брючину.

— А сейчас, умница, взгляни в заднее окошко – и увидишь, что за нами едет полицейская машина. Вы посчитали меня олухом? Думали, я попадусь на трюк, подстроенный вашей подружкой? Эта машина, глупыш, сопровождала меня повсюду. Если ты и твои дружки попытаетесь устроить какой-нибудь фокус, вы будете висеть до тех пор, пока ваши шеи не уподобятся удочкам. Повернись к окошку, остолоп!