Книга Поручик Ржевский и дама с солонкой, страница 38 – Иван Гамаюнов

Шмелин, улыбнувшись, сделал то же самое. Новые знакомые чинно поздоровались, а затем со смехом начали обниматься.

— Отметим встречу? – спросил Шмелин. – Приглашаю на обед у меня на квартире.

— Охотно отобедаю, – отозвался Ржевский, хоть и понимал, что для этого нужно отправиться из полицейской части в казармы местного гарнизона, ведь конные жандармы относились не к полиции, а к военному ведомству и использовались губернскими властями по мере надобности. Вот уж получился променад по городу! Сначала в полицию, затем – в казармы. А дальше куда? В острог? Но в Твери, кажется, не было острога.

Ржевский и Шмелин торопливо вышли на улицу всё так же с чёрного хода. Из всех конных жандармов во дворе остался только один рядовой, который подвёл начальнику коня. Остальная команда куда-то делась. «Значит, Шмелин отпустил своих, а сам тут ждал, пока меня допросят, – подумал Ржевский. – Надо же, как хотел познакомиться!»

Шмелин вдруг начал принюхиваться.

— Та-а-ак… – сказал он, хлопая рядового по полушубку там и сям, будто выискивая что-то.

— Ваше благородие, я… – Фраза оборвалась, поскольку Шмелин стащил с рядового кивер ^[5] и выудил оттуда фляжку:

— Та-а-ак!

— Ваше благородие, я только для сугреву!

— Для сугреву он, – передразнил Шмелин, отхлебнув из фляжки и предлагая её Ржевскому.

Тот отказываться не стал, а его новый знакомый вдобавок обнаружил в кивере пирожок, завёрнутый в тряпицу, и разломил пополам, также угощая Ржевского.

— Вот что паршивцы делают! – заметил Шмелин, откусывая от своей части пирожка и нахлобучивая кивер обратно рядовому на голову.

Ржевский меж тем сделал знак Ваньке, чтобы подъехал ближе.

— Понапихают всякое, будто в котомку, – не унимался Шмелин. – Минувшим летом прямо на смотре нашли у одного рядового в кивере бублик, три яблока и живого цыплёнка! Гауптвахтой отделался.

— У нас в полку тоже случай был, – ответил Ржевский. – На смотре обнаружили у рядового в кивере тряпичный свёрток с запахом свиного сала. Но сала там не оказалось – одна тряпка. Долго спорили, но решили за запах сала на гауптвахту не сажать. Вот если б водкой пахло…

Собеседник хмыкнул.

— А за что тебя из гусаров в жандармы перевели? – спросил Ржевский.

— Дуэль.

— Из-за женщины?

— Разумеется! Вот такое своеобразное для меня наказание. Теперь, среди прочего, в мои обязанности входит и дуэлянтов ловить. Я сначала, как узнал, хотел в отставку подать, но её не приняли. Или, говорят, переводишься во внутреннюю стражу, то есть в жандармы, или под суд за дуэль.

* * *

Тверской гарнизон расположился в городе совершено так же, как обычно располагаются гарнизоны в губернских городах. Большое пространство на окраине Твери было кое-как огорожено дощатым забором, через который при известной ловкости всякий мог перелезть. Часовой возле шлагбаума не спал, но отдавал честь всем проезжающим начальникам с таким безразличием, что казалось, вздумай появиться в гарнизоне сам Наполеон – часовой и ему отдал бы честь, ничуть не удивившись, даже если бы знал, что Наполеон уже несколько лет как скончался.

За забором тянулись огромные ровные поля, то есть плацы, и на этих просторах почти терялись гарнизонные постройки: казармы, конюшня, кухня, лазарет и прочее. Все они походили друг на друга – длинные одноэтажные деревянные дома.