Книга Поручик Ржевский и дама с солонкой, страница 41 – Иван Гамаюнов

Ванька привычно начал изображать обиду:

— У меня-то – барин! А у тебя кто? Небось – тьфу, а не барин! Вот скажи мне: барин твой давно проснулся?

— Проснулся. И что? – прозвучало в ответ.

— Настоящий барин раньше полудня не просыпается, а в праздники, как сегодня, только к вечеру глаза продирает, потому как гуляет по-барски, – гордо произнёс Ванька.

Конечно, это были враки, но Ржевский в такие минуты всегда спрашивал себя, что из рассказа о «настоящем барине» Ванька подметил у своего барина, а что придумал ради красного словца.

— Твой-то, небось, ещё и в гости укатил! – продолжал распинаться «торговец подковами». – Вот мой барин в гости не ездит. Это к нему все ездят, а он решает, принимать али нет! А твой барин…

— Не уехал он никуда! – послышалось в ответ. – Дома. Нездоровится ему. Вчера на балу у самого губернатора был, так что про моего барина ты врёшь: мой барин тоже гулять по-барски умеет.

— Ну, может и умеет, – продолжал хорохориться Ванька. – А барыня как? Барынь настоящих тоже, знаешь ли, мало. Вот у нас барыня корсетом так утягивается, что рёбра трещат! После каждого бала целый день отлёживается. Настоящая барыня! А твоя небось корсет только для виду носит, а сама бегает, хлопочет целыми днями, как баба простая…

— С чего бы! – донеслось с той стороны ворот. – Уж не знаю, как наша барыня корсет затягивает, но только встать изволили поздно и только недавно отобедали.

— Ну ладно, – протянул Ванька. Он узнал всё, что следовало, поэтому только для виду спросил: – Подкову-то купишь?

— Иди отсюда!

Очевидно, Ванька убрал подкову, мешающую закрыть ворота, потому что створки с шумом захлопнулись.

«Ну, что ж. Разведка проведена», – подумал Ржевский. Теперь следовало решить, как проникнуть в дом, но у опытного участника любовных баталий всегда найдётся подходящий способ, уже опробованный. Например, можно купить даме какой-нибудь подарок и под видом посыльного, которому строжайше приказано доставить подарок лично, войти в дом.

Подарок должен быть такой, который не вызовет пересудов. Например, корзинка цветов. А чтобы не отказались принять, следует сказать, что цветы прислал какой-нибудь важный чин. Да хоть губернатор! Пускай дама гадает, зачем губернатору понадобилось присылать ей цветы. А как только «посыльный» с подарком падёт к её ногам, то откроет ей правду, и пусть дама сердится, если хочет. Главное, что поклонник уже рядом и его не так-то легко выгнать.

Ржевский уже предвкушал, как окажется возле Софьи, но оставалось одно затруднение. Где достать цветы? Зимой их продают весьма дорого, а поручик был стеснён в средствах. Но и эта преграда показалась вполне одолимой, когда Ржевскому вспомнилось кое-что о бале у губернатора – во время банкета на столах стояли живые цветы: «Значит, рядом с губернаторским дворцом, где-нибудь в саду есть оранжерея, как это и положено. Ни один дворец не может считаться таковым, если при нём нет оранжереи. А это в свою очередь значит, что в оранжерею можно проникнуть и нарвать цветов там. И за них не надо платить, если сделать всё тихо».

* * *

Ржевский полагал, что в сад губернаторского дворца придётся лезть через ограду, однако этого не потребовалось. Сад был открыт для всех желающих. Точнее, для всех, кроме простонародья, поэтому публика там подобралась изысканная – по расчищенным от снега дорожкам чинно прогуливались многие из вчерашних гостей бала.