Онлайн книга «Ночь пяти псов»
|
Иоанн… Признаюсь, меня обуревают сомнения. Я больше не знаю, верю ли я в Иегову. Ему ли я бессчетное количество раз клялась в вечной любви и преданности? Или я верила и служила только тебе? Может, ради тебя одного я старалась все тридцать лет? Твои мысли всегда обращены к Всевышнему, и потому я могла ошибиться и принять свои страхи и чувства за поиски Бога. Подожди минутку, кто-то идет. Судя по тому, как осторожно ступают, это крадется крестная. Мне надо говорить тише. В последние дни она не спускает с меня глаз. Она видела, что мне стало нехорошо, когда я заглянула в холодильник. Конечно, я сказала, что у меня простое расстройство желудка. Ни за что не признаюсь, что беременна — я очень хорошо помню, как она заставляла женщин делать аборты, говоря, что тело будет слишком тяжелым для восхищения. Я не хочу ложиться спать. Если бы ты был рядом со мной, я могла бы днями и ночами переубеждать тебя, но… Крестная, это вы?.. Нет, я не закрывалась, наверное, дверь как-то сама… Сейчас открою… Уже так поздно, почему вы еще не спите? * * * Пак Хечжон рассматривала стеклянный стаканчик, наполненный сочжу. Бутылку она нашла примерно час назад в письменном столе Семина. Иногда от заснувшего сына пахло спиртным, но она ничего не предпринимала. Ей даже в голову не приходило его допрашивать. Она сама начала пить, когда ей не исполнилось и девяти. Не только пить, но и курить — в их доме всегда было полно алкоголя и сигарет. Мать знала, что дочь покуривает и прикладывается к бутылке, но делала вид, что ничего не замечает. Точно так же она поступала, когда у дочери на запястьях появлялись порезы. Если говорить начистоту, она игнорировала практически все, связанное с младшей дочерью. В детстве Пак Хечжон часто гадала, какой была бы их жизнь, если бы старшая сестра не болела. Она сидела на полу, поджав ноги, и разглядывала стоящий рядом стаканчик. Через какое-то время внутри него появился дом отчима. Красивый сад, где по утрам пели птицы. Мать, которая днем носила спортивный костюм и постоянно заходила в комнату сестры, а перед приходом отца надевала платье и делала макияж. Маленькая Пак Хечжон, по вечерам выпускавшая карпов в садовый пруд, а утром приходившая посмотреть на дохлых рыб со вспоротым брюхом — результатом охоты бездомных кошек. Комната с арочными окнами, выходившими в сад — в такой могла бы жить сказочная принцесса. И снова Пак Хечжон, закрывшаяся в комнате, делающая записи в дневнике, записи, в которых нет местоимения «я». «Она читала книгу. Она опять себя поранила. Сегодня ей снилось, как она поджигает дом…» Ей хотелось остановить поток образов. Для этого надо было всего лишь осушить стаканчик, но она не могла пошевелиться. При мысли о доме отчима она становилась беспомощной. Пак Хечжон сосредоточилась на кончиках пальцев, и пальцы не сразу, но послушались. Она протянула руку, взяла стаканчик и залпом выпила содержимое. Вкус показался не таким, как обычно. Сочжу, которое пьет ее сын. Сочжу, которое пьет ее одиннадцатилетний сын. Она опрокинула в рот следующую порцию. Дохлый карп, плавающий вспоротым брюхом кверху. «Она смотрела и холодно думала о том, что хоть кто-то в этом мире растерзан вместе с ней». Пак Хечжон сделала несколько глотков прямо из бутылки. Ее сын пьет. Ее сын, который скоро ослепнет. Сколько он проживет? |