Книга С тех пор никто не видел, страница 25 – Пол Финч

Дэвид вернулся домой раньше, чем планировал, подстегнув себя на последних паре миль сильнее обычного. Прошелся по комнатам на дрожащих ногах, вытираясь полотенцем, затем проверил свой телефон. Не найдя новых сообщений, побрел через гостиную к столу – посмотреть, удалось ли хоть как-то зарядить древний мобильник Фредди Мартиндейла.

К своему удивлению, он увидел маленький зеленый огонек. Откинул крышку. Как ни странно, телефон был хоть и побитый, однако, не совсем сдохший. Дэвид вновь ощутил укол вины за то, что вытащил коробку из мусорки. Знай Мартиндейлы, что мобильник работает, разве стали бы выбрасывать? С другой стороны, подумал он, нажимая кнопку включения, не исключено, что внутри может оказаться что-то полезное для его расследования. Расследования? Дэвид задумался. Так что же, значит, решение принято? Он сам займется этим делом?

Телефон в руке завибрировал, и Дэвид опустил взгляд. Если потребуется пароль, на этом все и закончится. Нет, все нормально. Когда Фредди его получил, он был еще ребенком, и телефон настроили так, чтобы доступ к нему был и у старших.

Внизу экрана светилась надпись: «У вас новое звуковое сообщение!»

Сердце вновь заколотилось с невероятной скоростью, на лбу выступил пот, словно пробежка еще не закончилась. Сообщение было датировано средой 31 июля – его отправили чуть больше двух недель назад!

Две недели? Дэвид поднес мобильник к уху.

— Фредди… Фредди… – зазвучал задыхающийся женский голос. Дэвид похолодел. – Фредди, ради бога, ответь! Фредди, это я, Джоди. Ты должен мне помочь, должен меня вытащить…

Раздался приглушенный вопль, и запись оборвалась.

Дэвид не исключал, что двое гражданских сотрудников, дежуривших за стойкой в полицейском участке Колчестера, его узнали. Это объяснило бы, почему один из них, с профессиональной вежливостью обслужив раздраженного клиента, тут же ретировался куда-то вглубь офиса, а другая, крепко сбитая женщина, крашеная брюнетка, с тщательно уложенной короткой стрижкой и в толстых очках с черной оправой, занялась бумажной работой и теперь усердно изучала один формуляр за другим, ставя на каждом закорючку подписи.

Он кашлянул, привлекая внимание.

— Одну минуту, – буркнула она, не поднимая глаз.

На язык просилось множество язвительных замечаний. Что-то типа: «Не торопитесь. Ребенок на крыше горящего сиротского приюта подождет». Однако сейчас ничего не годилось. За последние годы Дэвид усвоил ряд важных уроков. Один из них заключался в том, что вежливость ничего не стоит, тогда как грубость может обойтись дорого. Тем не менее секунды шли.

— Скажите, могу я поговорить с детективом-констеблем Хаген? – спросил он.

Линду Хаген он выбрал по двум причинам. Во-первых, шесть лет назад она отпустила его, даже не вынеся предупреждения. Пускай не по доброте душевной, а просто не имея достаточно доказательств; но во время диалога она хотя бы вела себя учтиво. Во-вторых, еще в те времена, будучи штатным репортером, Дэвид не раз слышал, как Линду хвалило окружение. Она была настоящим копом, добросовестно выполнявшим свою работу.

— Линда Хаген у нас больше не работает, – ответила женщина, продолжая подписывать документы. – Теперь она детектив-сержант, перевелась в отдел дорожной полиции. Занимается расследованием аварий.