Книга Ночное плавание, страница 74 – Меган Голдин

Однажды днем я лежала на диване и смотрела телевизор, когда услышала стук в дверь-сетку. К нам редко заходили гости. В окно я увидела женщину. Она шныряла вокруг, ожидая, когда я открою дверь.

— Твоя мама дома?

Дама была одета в узорчатое платье, на губах у нее была помада слишком оранжевая для цвета ее лица, а высушенные феном волосы обвисли от влажности.

— Она не принимает гостей, – сказала я.

— Она ждет меня, – настаивала женщина. – Мы договорились об этой встрече несколько недель назад. Скажи ей, что пришла миссис Мэйсон.

Я вернулась в дом, оставив женщину ждать снаружи в липком пекле. Мама лежала в постели в свободном кафтане, который сшила сама на старинной швейной машинке своей бабушки.

— Там дама, – сказал я ей. – У нее ужасная помада, и она в церковном платье. Она сказала, что должна встретиться с тобой. Сказала, что ее зовут Мэйсон или что-то в этом роде.

Мама кивнула, как будто уже знала. Она вылезла из кровати и прошла в гостиную. Только когда она как следует устроилась в кресле, я впустила ту женщину в дом.

Женщина поднялась по лестнице, ужасно стуча каблуками. Она выглядела разочарованной, увидев, что кондиционер не включен, и продолжила махать рукой перед лицом, как будто веером.

Мама не встала и не протянула руку для пожатия. Не потому, что она была груба. Ей потребовались все силы, чтобы сесть прямо в кресле и сделать вид, что все хорошо.

— Ханна, пора поиграть на улице, – велела мама, когда я принесла им кувшин с водой.

Я намеренно оставила дверь открытой, пока играла с чайным сервизом на заднем дворике. Я изо всех сил старалась услышать, что они говорят. Это было трудно. Их голоса были приглушены.

Я оставалась там, пока женщина не поднялась с дивана. Я подумала, что она уходит. Вместо этого она прошлась по дому с планшетом и ручкой, время от времени останавливаясь, чтобы что-то записать. Мама сидела в кресле, беспомощно наблюдая, как женщина открывает дверцу нашего холодильника и изучает его содержимое.

— У вас в холодильнике маловато еды, – сказала женщина.

— Это потому, что мы пойдем за покупками позже, – резко ответила я, шокированная ее грубостью.

Я соврала. У нас закончились деньги на продукты, и мы ждали, пока придет мамино социальное пособие позже на неделе.

Эта ужасная миссис Мэйсон обошла весь дом, поджав губы. Когда она открыла дверь в мамину спальню, я была рада, что там проветрено, а на кровати чистые простыни. Она прошла по коридору. Не спрашивая, толкнула дверь нашей спальни. Из-за задернутых штор было темно. Она включила свет. Дженни, которая спала, села в постели, сбитая с толку вторжением.

— У моей сестры простуда, – сказала я. – Она очень заразная.

Женщина быстро выключила свет и закрыла дверь. Когда она закончила рыскать по нашему дому, как назойливая девчонка, они с мамой тихо поговорили. Меня снова выслали на задний двор. Мама попросила меня сорвать лимоны с нашего дерева. Думаю, она хотела отдать их этой Мэйсон. К тому времени как я вернулась, женщина уже ушла. Я стояла у окна и смотрела, как ее маленькая машина грохочет по грунтовой подъездной дорожке.

— Скатертью дорога, – пробормотала я себе под нос.

Глаза мамы закрылись от облегчения, когда шум двигателя машины миссис Мэйсон затих.

— Кто это? – спросила я.