Книга Ночное плавание, страница 71 – Меган Голдин

— Вы видели Скотта по дороге домой? – спросил Элкинс.

— Я проходил мимо машины Скотта. Когда он меня увидел, то высунул руку из окна. Мы стукнулись кулаками. Когда я перешел дорогу к своему дому, то обернулся и увидел, как он выходит из машины. Мне следовало вернуться и остановить его, – сказал Харрис. – Мне жаль, что я ничего не сделал. Хотя я не уверен, что это помогло бы. Скотт всегда получает то, что хочет. В ту ночь он хотел Келли.

Когда Элкинс закончил допрос, Харрис с видимым облегчением вскочил на ноги. Казалось, он собирается бежать со свидетельского места, но судья наклонился к микрофону.

— Это всего лишь догадка, мистер Уилсон, но я думаю, что у мистера Куинна есть к вам несколько вопросов.

— Чем вы с Келли занимались так долго? Смотрели на звезды? – спросил Куинн дружелюбным тоном, его правая рука была небрежно засунута в передний карман брюк.

Рэйчел понимала, что это было предвестником жестокого перекрестного допроса. Она разговаривала с Харрисом по телефону. Разговаривала и с его отцом. Харрис был достаточно хорошим ребенком, но не самым острым ножом в ящике. Рэйчел почти пожалела его. Ему мало не покажется, когда Куинн возьмется за дело по-настоящему.

— Мы разговаривали. И выпивали, – сказал Харрис. – У меня была фляжка, и мы распили ее.

— Что было во фляжке?

— Бурбон.

— Где вы взяли этот бурбон? Вы слишком юны, чтобы купить его легально.

— Это был бурбон моего отца.

— Когда я был в вашем возрасте, если бы я попросил у папы бурбон, он бы сказал: «Ни за что». Что сказал ваш отец, когда вы попросили у него спиртное?

— Ничего, – пробормотал Харрис.

— Возможно, вы не спросили своего отца? – спросил Куинн. – Вы, возможно, взяли бурбон без разрешения отца? Вы украли бурбон, мистер Уилсон?

— Полагаю, да, – признал он.

— Мистер Уилсон, я заметил, что вы покраснели. Вам жарко? Может, попросить включить кондиционер? Или салфетки, чтобы вытереть пот со лба? – спросил Куинн с едва скрываемым сарказмом.

— Ваша честь, мистер Куинн изводит свидетеля, – прогремел голос Элкинса на весь зал.

— Я просто проявляю заботу, – сказал Куинн.

— Продолжайте, – резко бросил судья Шоу.

Куинн так и сделал, спросив Харриса, почему он изменил свои показания с тех пор, как впервые разговаривал с полицией в день исчезновения Келли.

— Правда ли, что вы сказали детективу, который приходил к вам домой через несколько часов после исчезновения Келли, что вы думали, что той ночью Келли ушла с детской площадки домой?

— Да.

— Вы солгали детективу тем утром? Или вы лжете здесь, в суде, сегодня? – спросил Куинн.

Харрис заикался, не находя слов. Куинн перечислил каждую ложь Харриса, произнесенную, когда детектив Купер впервые допрашивал его об исчезновении Келли. К тому времени как Куинн закончил, доверие к Харрису было разбито вдребезги.

— Один последний вопрос, мистер Уилсон. – Куинн резко повернулся, словно ему внезапно пришла в голову мысль. – Вы получили что-нибудь за свои сегодняшние показания?

— Эм, что вы имеете в виду? – пробормотал Харрис.

— Правда ли, что вы согласились дать показания сегодня в обмен на признание себя виновным по менее серьезному обвинению, которое влечет за собой более мягкое наказание?

— Д-д-да, – пробормотал Харрис в микрофон.

— И сколько времени вы проведете в тюрьме по этому менее серьезному обвинению?