Онлайн книга «Золотое пепелище»
|
— Неужели же все? — Не все, не все, – успокоил Волков. – Там бы на полк больных хватило. Потом отец умер, и мать смирилась с новым положением, прекратила эти траты. Добросовестная сиделка и дешевле, и надежнее любого академика. — Вы очень хорошо осведомлены о семейных делах Каяшевых, – заметил Дементьев, – и очень близко к сердцу принимаете беды людей. Это делает вам честь. — Что ж, – согласился ювелир, – не чужие, знакомы давно. — Надо полагать, помогали и советом? И не только? — Позвольте, – начал было ювелир, тонко улыбаясь, – вот оно куда пошел разговор. — Павел Петрович, что вы, в самом-то деле, – оказалось, что в кабинет проник, как легкий зефир, актер Волков. – А мы же с вами все обговорили. Ты уж, дорогой, заднюю-то передачу не включай. Вадим Юрьевич, позволите? — Прошу вас, – сдержанно отозвался Дементьев. Замечательно выглядел Пал Палыч в мундире, редкий рядовой сыскарь так умеет держаться. Высокий, ловкий, осанка офицерская, как будто родился в кителе. Поставь рядом с ним самого генерала – не факт, что козырять будут гене-ралу. — Режиссер отпустил на обед, – как бы извиняясь, пояснил Волков-актер, – дай, думаю, заскочу, проверю, как тут тезка… а он вон что. Снова воробьям фиги крутим? В шутку сказал, по-доброму, улыбаясь своими замечательными глазами, но как-то все же передернуло. «Не вышел еще из образа, – решил Чередников. – Ох и славно у него получается!» Пал Палыч между тем по-свойски положил руку на плечо ювелира, жестко надавил и мягко заговорил: — Павлуша, дорогой, мы же все тут свои люди. — Как же, как же… — Видишь ли ты прокурора в данном кабинете? — Нет, тезка, не вижу, – подхватил игру ювелир, но глазки-то забегали. И без очков видать: давно и хорошо они друг друга знали. — Вот то-то. Разговор у нас сугубо личный, междусобойный. Тут управление не твое, Павлик, не хозяйственное, тут занимаются серьезными вещами. Понимаешь? — Это я понимаю, не понимаю другого… — А раз понимаешь главное, то отсюда вопрос: можешь ли сориентировать по тем драгоценностям, которые у Ирины остались, после всех трат на врачей и милостыньки… — Я не… — …а вот товарищи, со своей стороны, обеспечивают полную конфиденциальность и понимание, – напирал актер Волков, – за тобой-то лично ничего крамольного нет, правда же? — Нет, – заверил ювелир Волков. — Так что бояться? Все свои, повторяю и ручаюсь. Валяй, Павел Петрович, чего там. И ювелир, вняв голосу разума в лице именитого тезки, решился. — Что ж, было дело. Ирина Каяшева, когда возникала острая нужда в средствах, неоднократно обращалась ко мне за консультациями. Вы понимаете, в скупках хорошую цену не дадут, а коллекционеры – народ избирательный. Кого-то интересует сугубо работа с историей, кого-то, напротив, именно камушки, иного, по его специфике, – лом. — А что Шаркози интересовало, Павел Петрович? – подал голос Дементьев. — Яшу? Как и положено цыгану – золото-брильянты. Но у Ирины коллекция была подобрана со вкусом, поэтому могла предложить лишь второе… — И предлагала? – быстро уточнил Волков. — Да. — Сумму не припомните? — Нет. Они расплачивались без меня, полюбовно. — Полюбовно, – повторил Пал Палыч. — Да, – глянул на тезку ювелир так, точно поддел его и остался этим весьма доволен. — Ну а детали? – встрял в разговор Дементьев. – Павел Петрович, нужны какие-то детали. Ну, допустим, тонкости огранки, особенности, приметы, по которым, скажем, опознать можно: вот этот камень из коллекции Каяшевой, этот – нет. |