Онлайн книга «Золотое пепелище»
|
— Кто такой Алмаз? — Это лошадь. — Это те, что там у домов пасутся? — Верно. — Как выглядит? Масть, приметы? — А он самый старый… — Валечка, ты не брешешь? — Ни боже ж мой, – решительно заявила девочка, – я честно. Только и ты не обмани, ладно? Не хочу в табор. — Я тебя удочерю, – пошутил Сашка и прикусил язык. Но Валя серьезно возразила: — Не-а, они тут, близко. А вот если к Яше поехать? — Это вряд ли. Он далеко. — А у меня крестная есть в Москве, тетя Ира. — Каяшева? – севшим голосом уточнил Чередников, вспомнив попа Валаама: «Ребеночка крестила, вот так-так»… — Ты и это знаешь? – восхитилась девчонка. – Вот это да-а-а… Она начала что-то рассказывать про добрую тетю Иру, о том, какие замечательные платья она шила ей на первое сентября, на Первомай, как они ходили в «Космос», в котором больше всего Вале нравилось мороженое «Марс», а Яше – какая-то штука под названием «шаблер-мускат». Что главное во всем этом было, чтобы тетя Галя не узнала, потому что обидится. Еще много что говорила, и мысли Сашины отъехали в сторону. «Собственно говоря, вот и дите школьного возраста, – соображал он, – наверное, взрослые общались, и тесно, а потом… Потом, должно быть, случился тот самый момент, тетя Галя „обиделась”. Ничего себе… С другой стороны, вот вам и разгадка, откуда мешок из-под сменки. Правда, как он оказался в Морозках?» — Валя, погоди, не тарахти, – попросил Саша, – скажи лучше, не бывала ли ты у тети Иры на даче? Она помотала головой: — А я не успела. Тетя Ира приглашала, и не раз, потом они с Яшей рассорились, а потом и его вот… жалко. И очень жаль. Она мне подарок обещала, из Риги, хорошенький мешочек. Саша сглотнул: — Для сменки, Валя? — Да, в школу ходить. — Синенький? Со шнурком и надписью «Рига»? — Я его не видела, наверное, – сказала девочка, зевнула во весь рот, как-то обмякла, скукожилась, глаза стали, как у сонной рыбы. За минуту до того, как она окончательно уснула, Чередников растолкал ее и отправил на диван. «Это просто праздник какой-то, не может такого быть, чтобы так везло!» Ужасно хотелось залезть в мамины закрома, похитить бутылку шампанского, раздавить ее в леске около озера, а потом пройтись вокруг него же, хоть колесом, хоть вприсядку. Но он прыснул: «Не, лучше сидеть дома, а то для равновесия в мироздании кирпич на голову упадет. Хорошо бы пойти поспать, но как оставишь ее без присмотра? Девчонка вроде бы милая, но все-таки цыганка, кто знает, что у нее на уме…» Он твердо решил, что спать не придется до тех пор, пока мама не проснется – и благополучно отрубился. …И все-таки везение его не оставляло, и чудеса продолжались: несмотря на это, наутро и Валя Шаркози никуда не делась, и вместе с ней не испарились никакие ценности. Мама же каким-то образом успела подрубить по длине свой джинсовый брючный костюм, который ей, порядком покруглевшей, стал маловат, отыскала дымчатые очки, цветастый платок, подаренный одной щедрой клиенткой – и, одев девчонку, критично оглядела ее и заявила: — Вот теперь вполне прилично. Смотри, какая девица из тебя получилась, прям куколка. Валя, глянув на себя в зеркало, переводила с мамы на Сашу глаза-тарелки с таким видом, что было ясно: вот-вот разрыдается. — Ну, не разводи сырость, – нарочно грубо приказал он, – поехали. В таком виде тебя точно никто не узнает. |