Книга Тени над Ялтой, страница 39 – Валерий Шарапов

Никитин потер лицо рукой, посмотрел на ладонь. Действительно, красное пятно.

— А… это… Нино.

— Кто?

— Нино. Сестра Левана. Фронтового товарища. Встретились вчера. Она меня на прощание поцеловала. По-грузински. В щеку.

Варя улыбнулась.

— Сестра фронтового товарища?

— Ага. Леван… он меня в Севастополе прикрывал. В сорок четвертом… Я его узнал… Мы выпили. За встречу. За Победу.

— Понятно, — Варя погладила его по голове. — Спи дальше.

Но Никитин уже приподнялся на локте, поморщился.

— Голова болит, — пробормотал он. — Надо окунуться.

Встал, пошатнулся. Скинул рубашку, остался в одних трусах. Босиком пошел к двери.

— Куда ты? — спросила Варя.

— В море. Голову остудить.

Он вышел. Варя посмотрела ему вслед, покачала головой с улыбкой.

Потом поднялась, начала собирать его вещи. Галифе валялись на полу. Она подняла их, встряхнула. Из кармана выпала записка, сложенная вчетверо. Варя машинально развернула, прочитала.

«Улица Курортная, дом восемь, мансарда, вход по наружной лестнице».

Почерк женский, аккуратный. Чернила синие.

Варя постояла, глядя на записку. Потом аккуратно сложила ее обратно, вернула в карман. Повесила брюки на спинку стула. Никаких вопросов задавать не стала. Надела фартук, пошла в отдельный кухонный домик готовить завтрак.

Море все так же шумело за окном. Чайки кричали. Ветер трепал тюль.

Катерина Стеклова решительно открыла дверь милицейского отделения, зашла внутрь и склонилась над окошком дежурного. Тот оторвал глаза от журнала, посмотрел на нее без интереса.

— Что вам?

— Я хочу написать заявление. По поводу недавнего убийства на улице Чехова.

Дежурный выпрямился, взгляд стал внимательнее.

— Сейчас я вас провожу к следователю.

Он вышел из-за стойки, провел ее по коридору. Постучал в дверь кабинета с табличкой «Следователь Э. В. Платаний», открыл.

— Эрик Вячеславович, тут к вам.

Следователь сидел за столом, заваленным бумагами. Молодой человек, лет тридцати, белесый, безбровый, с влажными редкими волосами цвета пшеницы, сидел за столом и усталыми движениями перебирал стопку фотокарточек. Голова его была опущена, и посетителям представилась розовая лысина, покрытая пушком. Следователю было жарко. Он время от времени вытирал пот платком и наливал воду в стакан из графина.

— Входите, — сказал он. — Садитесь.

Катя села напротив. Руки сложила на коленях. Она впервые в жизни была в отделении милиции и потому немного волновалась.

— Я Катерина Васильевна Стеклова. Вдова убитого Ильи Стеклова. Хочу дать показания на Аркадия Никитина и его жену в соучастии в преступлении.

Платаний поднял глаза, посмотрел на нее внимательно.

— В соучастии? — переспросил он. — Серьезно?

— Да.

Следователь достал из ящика стола бланк протокола, положил перед ней.

— Пишите. Все, что считаете нужным.

Катя взяла ручку, наклонилась над бумагой. Несколько минут старательно писала. Платаний смотрел в окно, курил, ждал.

Наконец она отложила ручку.

— Готово.

Платаний взял бумагу, раскурил новую папиросу, стал читать. Брови его то поднимались, то сдвигались. Дочитал, отложил, посмотрел на Катю.

— Уточняющие вопросы. Что вы делали во время убийства мужа?

— Я была на сеансе у психолога Вергелеса. Вы слышали о нем? Очень модный, восстанавливает брачные отношения…

Платаний прервал взмахом руки, давая понять, что ему это не интересно.