Книга Тени над Ялтой, страница 29 – Валерий Шарапов

Но холодное тело было настоящим. Кровь была настоящей. И угроза была настоящей. Какой сильный и точный удар! Убийца показал: он знает, что его ищут. Знает, кто ищет. Знает, где его найти.

Никитин поднялся на ватных ногах. Оглянулся. Вокруг никого. Единственный свидетель убийства в поезде мертв. И теперь охота начинается по-настоящему.

— Илюша! Илья! Ты где?

Женский голос прозвучал совсем близко. Никитин выпрямился, обернулся. Катя вышла из калитки дома и шла к зарослям, оглядываясь по сторонам.

— Илюшенька, где ты? Профессор уже ушел, пойдем домой!

Никитин машинально хотел спрятаться, но не успел. Катя увидела его, обрадовалась, пошла навстречу.

— Аркадий Петрович! Как хорошо, что вы здесь! Вы не видели моего Илью? Он куда-то пропал, а мне так хочется поделиться с ним…

Никитин бросился ей навстречу, хотел увести отсюда, не дать увидеть. Но было поздно.

Взгляд Кати упал на ярко-зеленое пятно среди кустов. Она остановилась как вкопанная.

— Это… это что?

Голос ее дрогнул. Руки затряслись.

— Катя, не надо, — сказал Никитин. — Не подходите.

Но она уже шла к кустам, медленно, будто во сне. Раздвинула ветки. Увидела.

Крик разорвал тишину сквера. Пронзительный, нечеловеческий. Катя упала на колени рядом с телом мужа.

— Илюша! Илюшенька! — Она гладила его по волосам, по лицу. — Что с тобой? Что случилось? Открой глазки, милый, посмотри на меня!

Слезы текли по ее щекам ручьями. Она прижимала к себе его голову, качалась, причитала.

— Илюша, мой хороший, мой единственный… Мы же только помирились… Мы же только начали жить заново… Как же так? Как же так?

Никитин стоял рядом, не зная, что делать. Горло сжалось. Сердце разрывалось от жалости.

— Катя, — сказал он осторожно. — Катя, надо вызывать милицию. Надо…

Она резко обернулась к нему. Лицо исказилось от горя и ярости.

— Это вы! — закричала она. — Это все вы виноваты!

— Катя…

— Он мне рассказывал! Рассказывал, что пойдет с вами в милицию давать показания! Вы заставили его это сделать! Из-за вас его убили! Из-за вас!

Она била кулаками в грудь Никитина, рыдала, задыхалась от слез.

— Зачем? Зачем вы это сделали? Мы же были счастливы! Мы наладили отношения! Мы любили друг друга! А теперь… а теперь…

Она снова упала к телу мужа, обняла его, прижалась лицом к его груди.

— Илюшенька, прости меня… Прости, что я была такой дурой… Прости, что сомневалась в тебе… Ты же так меня любил… Так берег… А я… а я…

Никитин смотрел на эту маленькую несчастную женщину, и сердце его разрывалось. Она так дорожила семьей. Так мечтала вернуть чувства, очистить атмосферу в доме. Поехала к психологу, чтобы спасти брак. А ее муж, этот маленький слабый человек, мучился от ревности, следил за ней, думал, что она его предает.

И теперь конец всему. Нет больше ни любви, ни надежды. Только смерть, горе и одиночество.

— Ты хороший, — прошептала Катя, гладя мужа по щеке. — Добрый, заботливый. Просто очень ревнивый… Я тебя понимаю. Я тебя прощаю. Мы бы все наладили… Мы были бы счастливы…

Она посмотрела на Никитина сквозь слезы.

— Зачем вы отняли у меня мужа? Зачем?

Никитин не знал, что ответить. Он чувствовал себя палачом.

— Простите меня, — сказал Никитин тихо. — Простите.

Но знал, что прощения не заслуживает.

* * *

Через полчаса улицу Чехова запрудили зеваки. Милиция оцепила место преступления. Проезжую часть перегородили две машины милиции и одна скорой помощи. Толпа росла с каждой минутой. Люди тянули шеи, пытались заглянуть за оцепление, шептались, строили догадки.