Книга Хроники ветров. Книга желаний, страница 189 – Екатерина Насута

Коннован вздрогнула, глянула на Селима, поежилась, точно зябко ей. Может, и вправду зябко, Вальрика самого точно в лихорадке трясет. А она изменилась, будто бы стала старше и вместе с тем в ней появилась какая-то непонятная несвойственная ей прежде неуверенность. Черты лица еще больше заострились, глаза запали, стали больше, чернее, словно в противовес белой коже. А короткие светлые волосы слиплись в грязные сосульки, точно шерсть дворового пса. Сам Вальрик, верно, немногим лучше, тоже пыльный, грязный и штаны порвались, вот прямо на колене и порвались. Неприятно.

— Это сайвы — сущности… воплощения Безымянного ветра… дети Хаоса. Антиматерия. Или не совсем, чтобы антиматерия, скорее живая энтропия, которая разрушает все, к чему прикасается.

— Ни бельмеса не понятно, — Селим сел на землю и принялся стягивать сапоги. — Нам бы попроще как…

— Разрушение, — отозвался Рубеус.

— Это я сообразил, — Анджей растянулся на траве. — Пусть лучше скажет, откуда они такие взялись.

— Проклятие господне, — Фома перекрестился. Благочестивый.

— Проклятие, — вдруг поддержала Коннован. — Именно проклятие, но не Господне. Нужно разрушить источник, вывернуть ветер наизнанку, убить его… на время убить. Это жестоко.

— Но прежде случалось? — Спросил Рубеус.

— Не знаю. Наверное, да. Карл упоминал, что Восточный замок однажды отстраивали… значит, скорее всего ветер. Но я не в курсе, это вообще закрытая информация, я и этого знать не должна. Случайно получилось, Карл оставил книгу, а я заглянула. Получилось так. — Теперь Коннован оправдывалась, Вальрик никогда прежде не видел, чтобы она оправдывалась.

— Значит, выпустить эту штуку может только да-ори? — уточнил Морли. — Вампир.

— Хранитель Границ и владелец замка, он контролирует ветер… он говорит с ветром… он способен изменить его. Но это запрещено! И Хранители избегают массовых разрушений, которые способны вызвать большой резонанс среди людей, им не нужна война.

У Вальрика сложилось впечатление, что вампирша убеждает в первую очередь себя, а потом уже остальных и, говоря по правде, получалось у нее плохо. Коннован, наверное, решила так же и, обняв руками колени, замолчала.

— Светет скоро, — нарушил затянувшееся молчание Фома. — Наверное, готовиться надо…

За неимением вариантов лагерь устроили прямо в степи. Ильясу даже удалось подстрелить какого-то зверя, навроде кролика, только крупнее. Поджаренное на костре мясо отдавало тиной, и после него жутко хотелось пить, но воду надо было экономить, кто знает, скоро ли получиться пополнить запасы. На весь отряд всего-то две фляжки: одна у Вальрика, вторая у Морли.

Вот и оставалось сидеть у погасшего костра да таращится в степь. Вальрик сам не заметил, как задремал, а проснулся от чувствительного тычка в бок.

— Княже, у нас, кажись, гости.

Анджей, которому выпало быть часовым, указывал куда-то в степь, прищурившись — от яркого солнца мгновенно заслезились глаза — Вальрик разглядел крошечное серое облачко у самого горизонта. Облачко росло, превращаясь сначала в облако, потом в тучу, распавшуюся на отдельные сизые осколки, каждый из которых обратился во всадника. Вальрик с интересом наблюдал за этими превращениями, бежать либо прятаться он не пытался. Во-первых, куда тут спрячешься, когда вокруг голая, гладкая степь. Во-вторых, лошадь всяк человека быстрее, так стоит ли тратить силы на бесплодные попытки избежать столкновения?