Онлайн книга «Хроники ветров. Книга желаний»
|
Круг замкнулся. Волна густой, пахнущей кровью, темноты, пройдя сквозь меня, разрушила круг. Что это было? Не знаю! — Вперед! — Меня снова толкают на рукотворную тропу, которая раскачивается из стороны в сторону, норовя скинуть людей. Сайвы… где сайвы? Оглядываюсь и вижу… Ничего не вижу. Сзади туман, пыль и грохот. Сзади смерть. Впереди дверь. Обыкновенная такая дверь, обитая красным дерматином с вычурной ручкой под золото, круглым глазком и латунными цифрами. Дверь номер "13". Не понимаю. Вальрик уверенно нажал на ручку, и дверь открылась. На той стороне сколь хватало взгляда, простиралось знакомое поле степи. Мы вырвались. Стоило закрыть дверь, и она исчезла. Совсем исчезла, будто бы и не было ее. И гор тоже не было. Ничего не было, кроме адского холода, прощального подарка птицы-сайвы. Кажется, я сошла с ума. И опустившись на жесткую, пахнущую сеном траву, я засмеялась: сумасшествие — это же так глупо… Рубеус присел рядом и, тронув меня за плечо, поинтересовался: — С тобой все в порядке? Да, черт побери, со мной все в порядке. В полном порядке, разве что крыша слегка поехала, а так все нормально. Но вслух я сказала совсем другое: — Ты тоже ее видел? — Кого? — Дверь. — Видел. — Красный дерматин, ручка, глазок и все такое? — Не знаю, что такое дерматин, дверь была деревянная, дубовая, крепкая, как в замке, а что? — Ничего. — И медные заклепки были! — Присоединился к описанию двери Селим. — Стальные, а не медные, — возразил Фома, — только ржавые чуток. Дверь Морли была целиком из железа, а Вальрик видел решетку, перекрывающую ход в скале. Безумие оказалось на редкость изобретательным. Ну и ладно, главное, вырвались. Карл Гроза прошла верхом, не задев, не коснувшись, не потревожив покоя дремлющих гор. Да и была ли она вообще? Лагерь внизу продолжал существовать в привычном уже неторопливо-деловитом ритме. Все было как всегда: огни костров, черная гряда земляного вала, дозорные, мелкие звезды, луна, ветер… Ветер. Дело именно в этих слабых отголосках южного ветра, несущих на себе печать страданий и… сосредоточившись, Карл прислушался к голосам ночи. Боль. Страх. Тьма. Настоящая, первобытная тьма, изначально лишенная жизни. Она была там, достаточно далеко, чтобы Карл чувствовал себя в безопасности, но вместе с тем не так далеко, чтобы тень ее не докатилась до гор. Проклятье! Невероятно! Неужели кто-то решился… Вот о чем предупреждал голос, и степь полыхала, отголоском грядущей катастрофу, очень далекой катастрофы. Запретный ветер, запретное знание, запретный способ решать проблемы. Кто решился выпустить Хаос? Извратить источник, вывернув наизнанку саму суть ветра? На памяти Карла к помощи Безымянного прибегали лишь дважды, и оба раза дело мало-мало не доходило до полноценной войны. И дело не в цене крови, ее да-ори как-нибудь осилили, а в том, что подчинить Безымянный невозможно. Он — суть Хаос, разрушающий саму структуру пространства. На пространство тоже плевать. Дважды мир выдержал, и в третий раз переживет, но кто все-таки решился? Прикоснувшись к безумию недолго и заразиться… Давид? Нет, не хватит воли, силы да, энергии, но не умения… Айша? Потерявшая способность различать черное и белое, Айша? Ради власти все, что угодно? Но зачем ей Аномалия? |