Онлайн книга «По волчьему следу»
|
Анна закрыла глаза и сказала: — Ты ведь теперь меня не отпустишь? — Прости, но… — Знаю. Я сама все время думаю, а что, если это я? Что, если во мне кровь очнулась? Бабушка говорила, что женская, она… она иная… такая, что мужчин на страсти тянет… что… голову теряют они. И все сделать готовы за ради этой страсти. Как отец все делал для мамы. Или этот немец… он тоже голову ведь потерял. Только… ошиблась она. Нет во мне этой крови. Ради нас лишь Генрих что-то да делал, и то скорее ради Васьки, чем ради меня. А теперь я для него не могу… Она потрясла головой. — Опять болтать станут. — Не станут, - я почти решилась. – У тебя тут много еще? — Не особо. Шаныгин вечно опаздывает, но если что, отдам все Закутевой, она заберет… — Ты… возвращалась потом? К матери? — Ольха упала. Я знаю. Я… я увидела её. И забрала. Отнесла… в дом отнесла, туда, где бабушка жила. И дед. Я подумала, что, может, ей там лучше будет, чем просто в лесу? Склепа у нас нет. А куда мертвецов относили, я не знаю. — И в шкаф засунула. — Маму? Я? – искреннее удивление. – Нет… я её на кровать положила. — А туфли? Туфли у нее новые были. Анна покачала головой. — Нет. Какие туфли… - она подняла ногу, демонстрируя крепкие сапоги из темной кожи. – Знаешь, сколько туфли стоят? — Дорого. — Дорого, - эхом отозвалась она. – А нам деньги нужны… не продать, так хоть просто… всем уехать. Я собирала. Чтобы уехать… И мимо тех, которые исчезли у переговорщиков, не прошла бы. А сумма, судя по количеству товара, должна была быть приличной. Всяко хватило бы уехать. Почему тогда она осталась? — Анька! – бородатый мужик шел неспешно. – А я уж забоялся, что ты не дождешься… — Дождалась, как видишь. — Это правильно. Баба терпеливой быть должна. Так богами заведено, чтоб… Анна резко выдернула топор из колоды. — Рубить? Или так заберешь? Ладно, в первый месяц. Тогда еще могла опасаться, что кто-то да донесет Егорке-Васильку про внезапное богатство. Тот бы мигом одно с другим сложил. Но… потом-то? Ферму бы продала. За какие-то деньги продала бы. Заодно и объяснение имелось: ради Васьки, ради Генриха этого… А она осталась. С деньгами, но… Не сходится. Мужик что-то там вещал, а у меня крепло чувство, что мы рядом… что еще немного и я пойму. Или не я, но Бекшеев. Рука сама потянулась к камню. И раздавила его. Почему-то это показалось правильным. Глава 42 Силки Глава 42 Силки «Иной зверь или птица имеет в обыкновении своем прикидываться подранком, всем видом своим показывая, что он есть легкая добыча. Однако же, стоит охотнику приблизиться, и зверь спешит уйти, дальше и дальше, уводя охотника от норы или иного жилища…» «Размышления об охоте», статья князя Суходеева, «Охотникъ» Некроманта Бекшеев услышал издали. Затрещали ветки, что-то упало, и раздалось: — Чтоб вас всех… И пару слов покрепче. Васька, замолчавший было, встрепенулся и шею вытянул. — А правда, - спросил он, - что некроманты любого мертвяка оживить могут? — Не совсем. — Это как? Не могут? Или не любого? — А вот сейчас и спросишь. — Я тут… одно место нашел. Там убивали, - некромант был грязен. Кажется, он падал и не раз, если одежда его пестрела пятнами, в волосах виднелась паутина и гнилой лист, а трава приклеилась к одежде. – И убивали многих… а что до вопроса, мальчик, многое зависит от души. Одни души уходят, и остается лишь тело. Его можно поднять, восстановить часть физиологических процессов, тогда получится умертвие. Они тоже весьма различаются… а вот если удается вернуть душу, то все намного усложняется. |