Книга По волчьему следу, страница 153 – Екатерина Насута

Стол в углу. Старый, поцарапанный. Стул. И еще пара – у стены. Шкаф совсем древний, с потерявшейся дверцей. И теперь всем видно нутро этого шкафа: полки, забитые бумагами.

— Прошу прощения… - Бекшеев с превеликим удовольствием сбежал бы. В конце концов, чувствует он себя куда как лучше, да и в целом не настолько плох. Но взгляд женщины завораживал.

— Потом попоросите. Я подготовила информацию. Насколько возможно. Архивы уцелели частично, но до войны проводилась массовая компания по вакцинации населения, сопряженная с параллельной переписью и созданием информационно-демографической карты. Проект Веселовского. Слышали?

— Доводилось. Хорошее начинание.

Только перечеркнутое войной, как и многие другие хорошие начинания. Но повезло. Несказанно. И опасаясь упустить это везение, Бекшеев сел. Стул под ним чуть скрипнул, но не развалился.

— Мебель старая, но… лучше менять оборудование, чем мебель.

От белого халата пахло сердечными каплями, валерианой и дезинфицирующим раствором. Руки у Валерии Ефимовны были столь же некрасивы, как она сама – с широкими ладонями и непомерно длинными паучьими пальцами. Да и кожа на них посерела и шелушилась.

— А что за проект? – Зима устроилась на втором стуле, у двери, за которой определенно будет приглядывать.

— Империя велика, и ни одна перепись населения не дает полной картины… - пальцы сжали голову Бекшеева. – Сидите смирно. Уж вас-то, надеюсь, не нужно убеждать, что я в мозги не заберусь?

— По-моему, - проворчал Бекшеев сугубо из чувства внутреннего противоречия, - как раз в них вы и собираетесь забраться…

— Но мысли не прочту.

— Никто, сколь знаю, на это не способен.

— Вот… а здесь почему-то считают… всегда поражает человеческое невежество. И ладно бы только оно, но эта вот болезненная любовь к невежеству, косность…

Сила была холодной.

И Бекшеев чувствовал её ясно и остро, как нечто чуждое, раздражающее.

— Расслабьтесь… вот, расскажите коллеге о проекте…

— Перепись… населения… сложна… и проводиться не так часто, а в периоды, когда не проводится… - теперь приходилось сосредотачиваться на том, что говоришь. Отвлекало. От силы. От женщины за спиной. От мыслей, что эта женщина способна убить куда проще и незатейливей, чем Охотник. А главное, никто ведь не поймет, что это убийство… а если подкупили и её?

Сердце застучало.

И успокоилось.

Паника. Никогда и никому не помогала. Просто… Бекшеев слишком многое знает о целителях, чтобы верить им безоговорочно.

— Кроме того есть группы, которые сознательно избегают участвовать в переписи. Не доверяют всему, что связано с властями. И Веселовский предложил создать систему мониторинга. Постоянного отслеживания… посредством медицинских учреждений… и участков жандармерии. Жандармерия выдает документы… паспорта… ставит на учет. Взрослое население.

— А больницы?

— Не только больницы. Проект предусматривал открытие большого количества уездных врачебных пунктов. С тем, чтобы медицина стала доступнее. Там множество целей… прежде всего он надеялся снизить детскую смертность.

— Веселовский полагал, что во многом высокий её уровень связан с недоступностью медицины в ряде регионов. И косностью мышления. Крестьяне лечат детей сами, пока не становится поздно. Им жаль денег на врача, а бесплатные больницы часто расположены так, что добраться до них непросто. Никто летом или осенью не пожертвует несколькими днями, чтобы показать больного ребенка врачу, - пояснила Валерия Ефимовна. – У вас нарушено кровообращение. Вот здесь.