Онлайн книга «Черный принц»
|
— Ну не у камина же мне дальше торчать, я, как ты правильно заметила, в неглиже… Пуховое тяжелое одеяло, которого вполне хватит на двоих, и Кейрен обнюхивает его, и подушки, которых на этом ложе с полдюжины, и простыню… Чужой запах, тонкий. Не тот, который привел бы в бешенство, но ревность, холодная, злая, ослепляет. — Кейрен? Успокойся, Кейрен… я… между мной и им ничего не было. Он просто приходит. Поговорить. — По старой памяти? – Злость тяжело проглотить. …тянет швырнуть простыни в пламя, скормив ему и одеяло, и треклятые подушки, и самого хозяина Шеффолк-холла. — Ну же, Таннис, признайся, он твой старый знакомец, верно? Она отворачивается. — Посмотри на меня! И отодвигается, упираясь ногами в перину. Ноги проваливаются, а рубашка ее задирается выше, она перекручивается, стесняя в движениях. Достаточно толчка, и Таннис падает на спину. — Слезь с меня! — Поймал. – Кейрен перехватывает ее руки, прижимая к кровати. – Ты моя и только, ясно? Этого, чужого, запаха на ней нет. — Отпусти. — Ни в жизни. – Ее собственный, такой родной, знакомый, будоражит кровь. – Таннис… — Чего ты от меня хочешь? – Она вдруг перестает сопротивляться. – Очередного свидетельства, да? Чтобы я дала показания? — А ты дашь? Молчание. — Значит, нет. Из-за страха? По ее глазам читать легко, вот только прочитанное заставляет руки разжать и отстраниться. Как сказал полковник? Все влюбленные – немного идиоты? И Кейрен ничем не лучше остальных. — Не из страха. — Кейрен… Она садится и подвигается ближе. — Скажи, что ты хочешь от меня услышать? Он… да, я знаю, что Войтех – преступник. И что виселицу он, наверное, заслужил. — Наверное? — Хорошо, заслужил. Но… проклятье, я не могу вот так… он запутался, Кейрен. Ее рубашка съехала с острого плеча, которое Таннис прикрыла ладонью. Родная. Близкая. И все-таки далекая. — Или я запуталась. Я понимаю, что он враг, что убьет меня, как только заподозрит… не важно, если ему даже примерещится предательство, то убьет. — Тогда почему? — Потому что… потому что я помню его другого. – Она почти кричит и сама же спохватывается, зажимает рот. – Другим. Настоящим. И тот, другой, он никуда не ушел… он ведь мог убить меня сразу, но… — Старая любовь не ржавеет. — Ты ревнуешь. — Таннис, конечно, я ревную. Сжатые кулаки. Тонкие запястья, и косточки торчат. Кейрен целует эти косточки и гладит смугловатую кожу, которая холодна. — Ты моя женщина, и мне неприятно, что ты заступаешься за ублюдка, по которому давным-давно виселица плачет. Нет, я понимаю, что у вас общее прошлое, но… — Ты тоже похудел. — Не меняй тему. Она хмыкает и осторожно устраивает голову на его плече. — Я не хочу его предавать, понимаешь? Просто не хочу… не ради него, ради себя, Кейрен. Когда-то он много для меня сделал, и теперь тоже… не рычи, я не то имею в виду. Он друг и… наверное, все-таки больше друг. Он обещал отпустить меня. Потом, когда все закончится… — Для кого закончится? Подтянув одеяло, пусть и пахнущее другим, но теплое, Кейрен закрутил в него Таннис. — Не знаю. Мне… было не очень хорошо. — Я вижу. — Нет, просто… ты же не знаешь, и… — Не знаю и знать не хочу. Вообще, я кольцо купил и выходи за меня… Не услышала, отмахнулась. И наверное, как-то иначе надо предложение делать, а Кейрен не умеет. И Таннис, закрыв ему рот рукой, сама говорит. |