Книга Почти цивилизованный Восток, страница 164 – Екатерина Насута

Она сунула ладони под волосы Эвы и подняла, позволяя прядям спокойно стекать сквозь пальцы.

— Орвуды знатный род. Состоятельный. И… твой отец никогда и ничего не жалел для меня. Да, сначала не было любви. Она вообще редко случается. Дело даже не в ней. Дело в том, что передо мной вдруг открылись двери. И я, наивная, решила, что мне там, в высшем свете, будут рады…

— Оказались не рады?

— Мне улыбались. Там всегда улыбаются. Только порой от этих улыбок становится тошно. Там умеют дать понять, кто ты есть. Точнее, кем они тебя считают. И потому…

— Мне не стоит идти?

— Стоит. Это оскорбление, не явиться на подобный бал. И такое точно не забудут. Но… легко тебе не будет.

Когда оно было, легко.

— Возможно, леди Эстервуд и будет снисходительна, но остальные… Тебе дадут понять, что ты там лишняя. В лучшем случае. В худшем – можно вовсе стать отверженной. Оставаясь при том в свете.

— И что делать?

— Выйти замуж.

— Мама?!

— Слухи пойдут… Слухи уже идут, но если ты выйдешь замуж, это покажет несостоятельность домыслов.

Как будто это так просто, взять и выйти замуж.

— А потому нужно будет постараться… твой отец не понимает всей серьезности ситуации, как и твой брат.

— Может… – Эва прикусила губу. – Может, я лучше останусь старой девой?

Маменька фыркнула.

И волосы отпустила.

— Нужно озаботиться гардеробом. До бала меньше месяца, а подходящего платья нет. И будто того недостаточно, еще и представление.

— Представление?

— Ко двору, – вздохнула маменька. – Я, конечно, планировала, возможно следующей весной… Тебя включили бы в список. Но из дворца сообщили, что его величество желают… в особом, так сказать, порядке… Полагаю, дело в молодой леди Диксон. Одна она будет слишком выделяться, вот и вспомнили о тебе, тем более что Берти с Диксоном весьма дружен.

У Эвы закружилась голова. От слабости? Или страха? Или… не в Милисенте дело, а… в них? В тех людях, которые оставили кольцо. И теперь показывают, сколь они полезны.

— С другой стороны – это высокая честь. Особых представлений давно не было. И это не останется незамеченным. Хотя и зависть вызовет, да. Но для этого тоже наряд надобен. И не просто платье. У нас же всего пара недель в запасе – катастрофически мало. А значит…

Маменька вновь разговаривала сама с собой. Эва подавила вздох. Представление? Бал? Замуж, в конце-то концов? Она и не задумывалась об этом. Нет, вот за Стефано она бы вышла. Раньше. Теперь, когда он с ней так поступил… А если и другие такие же?

Можно ли вообще верить кому-либо?

Она закрыла глаза и увидела зал. Темноту, в которой прятались люди, не доверяя и темноте, скрывая свои лица под масками. И как узнать, кто прятался под ними?

Ведь…

Они будут там, на балу. На многих других балах. Кэти права.

И… если Эва выйдет замуж за такого? Который притворяется достойным человеком, а на самом деле носит маску? Много масок?

Нет уж.

Но маменька не поймет.

— Завтра же надо разослать карточки, сообщить, что ты выздоравливаешь и готова принимать гостей.

— Мама…

— И молодая леди Диксон будет рада навестить тебя. Она мне показалась сильной женщиной, а главное, далекой от интриг. В свое время мне очень не хватало поддержки, а вдвоем всегда проще.

И тут в дверь осторожно постучали.

Маменька поднялась.

— Госпожа? – Вид у горничной был встревоженный. – Госпожа… вас просят спуститься.