Книга Громов. Хозяин теней. 8, страница 55 – Екатерина Насута

— Эй, — грубый голос заставил очнуться и повернуться. — Шли б вы отсюдова!

Солнце всё же слишком яркое.

Или та сторона слишком уж не для людей, потому что пришлось прикрыть глаза ладонью, защищаясь от света. И всё одно поплыло, растянулось, и люди у калитки показались одним сплошным пятном.

На мгновенье.

Потом пятно разбилось на несколько поменьше.

— Полиция, — произнёс Карп Евстратович хрипло, но, кажется, не убедил.

Люди.

Раз, два… с дюжину собралось. Мужики. И тот, что первый, с дрыном. А за ним — с вилами. И остальной народ, смотрю, не с пустыми руками пришёл. Дожились.

— Шли бы вы отсюдова, — повторил мужик, сплюнул и руку на калитку положил, явно намекая, что собирается войти и навести порядок. — Ежели и взаправду…

— Могу предложить и вам то же самое, — Карп Евстратович чуть прихрамывал, да и в целом выглядел куда хуже, чем по приезду. — Пока я вас не задержал.

— Да чего ты его тут… — взвился кто-то из тех, кто держался за спиной. — Понаехало колдунов! Я тебе ещё когда говаривал, Петро, что палить надо, а не лясы точить!

— И кого мы палить собрались?

Во дворе появился Шувалов. Вот как у него выходит-то? Недавно мало что не сожрали, а он весел, бодр и элегантен.

— А я матушку видел, — сказал Мишка, который, как и я, за происходящим наблюдал, но не вмешивался.

— И как? Она тебе что-нибудь сказала?

— Да.

Спрашивать? Это личное. По лицу видно, что личное. И Мишке время нужно, чтобы всё осмыслить, уложить в голове. Но вот он кивнул и произнёс:

— Её никто не убивал. Она сама ушла тропой духов. Почувствовала, что рядом со мной беда. И решила помочь. Но цена оказалась слишком высока. Даже опытные шаманы порой не возвращаются.

— Мне жаль.

Но тогда и мстить, выходит, некому?

— Она отдала мне силу. Там. И показала духам семьи. Она сказала, что меня давно следовало бы представить. Но она боялась, что это помешает мне жить здесь. Но теперь она видит, что была не права. Это было очень… странно. Я будто очутился где-то на севере. Горы. Снег. Вой. Сани, запряжённые трёхглазыми волками. И существа… — Мишку передёрнуло.

А я смотрел, как Шувалов о чём-то беседует с красномордым мужиком. Причём тот, будучи и выше, и шире Шувалова, слушает превнимательно. Вон и согнулся в полупоклоне, и остальные попятились, но не уходят.

— Там горел костёр. И я держал в руках бубен. И знаешь, такое чувство, что я дома оказался. Странное донельзя. А потом духи пели и… я видел. Понимал. Как будто я и рос там, на севере. Как будто проходил многими путями, теми, которыми ходили шаманы до меня. Сперва меня вели. Потом позволили идти самому. И я смог. Я увидел тропу. Я ступил на неё. Я прошёл к источнику, что несёт воду из сердца горы. В этой воде мешается лёд и пламя. И она горька, как слёзы сирот. Но я смог сделать три глотка. И получил силу. А ещё знания. Кажется. То есть я что-то знаю, но пока сам не уверен, что именно. Это всё сложно понять. Но теперь я бы сразу узнал абааса и не позволил бы ему обрести тело.

— Это хорошо.

Пусть в данном конкретном случае и запоздало слегка, но мало ли, как оно в будущем пригодится.

— А ещё я видел того духа, гор… и камень.

А это куда интересней.

— Ты ведь не просто делишься, да? Это имеет отношение к нашим делам?

Мишка криво усмехнулся.

— Ещё какое. Люди юга как-то призвали и пленили его, а затем вырезали сердце…