Книга Громов. Хозяин теней 5, страница 85 – Екатерина Насута

Он поправил очочки.

— Обучение я получил домашнее. И поверьте, оно было таким, что редко какая гимназия сравнится. Одна моя бабушка — профессор словесности, она знает семь языков и ещё два мёртвых. Вторая — выпускает поэтический журнал… оба моих деда, как и отец — целители. Матушка — медик.

То есть, силой не обладает, но имеет знания.

— Она изучает болезни крови. Занимается разработкой методов раннего их выявления на основании изменения соотношения пропорций разных типов кровяных телец…

На всякий случай киваю.

Звучит на умном. То есть общий смысл понятен, а в детали мне лучше не вникать. Мои мозги не потянут.

— Дело в том, что большая часть целителей сосредоточена в Петербурге и Москве, есть и в иных крупных городах. Но всё одно их слишком мало. И не будут они тратить свои силы на… разную ерунду, — тема, кажется, болезненная для Николя. — А работа по её методикам позволит выявить болезнь довольно рано и без привлечения целителей. И это в значительной мере увеличивает шансы на выздоровление.

— И что случилось?

Здание больницы не только восстановили, убрав всякое напоминание о взрывах, но и слегка видоизменили. Во всяком случае, я не помню, чтобы тут был этот флигель. Или как правильно будет пристройку назвать? Прижалась к стене, протянулась вдоль неё, приклеиваясь боком. Тёмный плотный камень. Узкие окошка. Решётки.

Вид своеобразный.

— Меня же интересуют болезни, появляющиеся в нашем мире под воздействием энергетики кромешного. Часто они заразны. Поэтому вопрос изоляции — это вопрос безопасности в том числе, — взгляд мой не остаётся незамеченным. И Николя спешит дать пояснения. — Вряд ли вы знаете, но каждый год на территории Империи случаются эпидемии. И больше половины их — это результат прорывов с той стороны. Видоизмененные болезни опасны именно своей непредсказуемостью. Они плохо поддаются стандартному лечению, а стало быть, жизненно важно отыскать новые способы, желательно такие, которые помогут если не излечить, то хотя бы сдержать распространение заразы до тех пор, пока не прибудут… но я отвлёкся. Я рос в любящей семье, окружённый этой любовью, не знающий иного, когда пришла пора учиться далее. Экзамены я сдал с лёгкостью…

Я думаю, при таких-то репетиторах. Небось, у него не было проблем ни с цыбиками чаю, ни с чистописанием, не говоря уже о латинских глаголах.

— И сам был полон самых светлых надежд. Мне казалось, что я вступаю в новую жизнь, где обрету друзей и единомышленников… — Николя снова снял очки. И вернул их на переносицу.

Может, и ему чётки посоветовать?

От нервов.

— Вас не приняли?

— Не то, чтобы… преподаватели отнеслись ко мне весьма тепло. Меня хвалили. Ставили в пример.

И это действовало на нервы прочим, тем, кто не так одарён или не так знатен, не особо богат или вовсе родился не в той семье. В общем, бесил людей он знатно.

— А вот с однокурсниками отношения не слишком складывались. Тем паче оказалось… внешность имеет значение. Вы ведь видели Роберта?

— Видел.

И увижу. Потому что отпускать его я не собираюсь. Он оставлял сестрице визитку, так что тут с поисками проблем не возникнет.

— Я, каюсь, не уделял должного внимания развитию тела, — Николя смущённо пожал плечами. — И сейчас тоже… как-то вот то некогда, то сил нет совершенно.