Книга Громов. Хозяин теней 5, страница 88 – Екатерина Насута

Готов.

И слушаю.

Вот прям в оба уха.

А заодно палату осматриваю. Четыре кровати. Махонькие тумбочки. Стол у окна. Полки. Книги. Наличие книг особенно удивляет.

— Мне кажется, людей в изоляции нужно не только лечить, но и занимать. Если бы вы знали, до чего мучительно тянется время, когда занять себя нечем… — Николя снимает одну с полки. — Я организовал при госпитале библиотеку.

Похоже, его история весьма своеобразна..

— Я и сейчас, пытаясь понять, как же произошло то, что произошло, не нахожу себе оправдания… мы доучились. Я получил предложение от профессора Веднева, что огромная честь. Он как раз работал над совершенно новым направлением и искал учеников, готовых разделить с ним путь. И родители согласились, что мне стоит поработать в крупнейшем госпитале страны. Это позволит получить опыт. И репутацию… всё же одно дело семейная, и совсем иное — личная. Веднев, если вы не слышали…

Качаю головой.

Не слышал.

— …действительно великий человек. Его техники оперирования сверхтонкими потоками энергии позволяют вести работу на таких уровнях, о которых прежде и представления не было. В частности он впервые занялся вопросами восстановления проводимости нервных тканей. И не только ими… он реконструирует самые серьёзные повреждения головного мозга. И часто успешно. Его пациенты… извините, увлёкся, но если бы вы видели, как пациент, ещё вчера обречённый, ведь мозговая горячка не лечится, не только не умирает, но идёт на поправку…

— У меня была.

— Да? И вы здоровы? Удивительно.

— Меня осматривали. Сказали, что из-за дара. Криво открылся и поддерживал тело.

— Вполне возможно, — кивнул Николя. — Я бы хотел осмотреть вас, если вы не против…

— Потом? — когда я решу, надо ли оно мне.

— Хорошо, — он согласился легко. — Как бы то ни было, но передо мной открывались удивительные перспективы. И не только передо мной. Учеников было несколько.

— И Роберт?

— Нет. Роберт нашёл себе место в какой-то частной клинике, небольшой, но с неплохой репутацией. Роберт никогда не был силён, но при этом он всегда старался. Из тех, знаете ли, кто умеет работать.

Интересно.

Очень.

— Богдан искренне поздравил меня… в тот вечер мы устроили вечеринку. Их и прежде устраивали. Это как-то… обычное дело.

Ага, а покраснел Николя от обычности?

— В тот вечер алкоголя было несколько больше, нежели обычно… и подозреваю, что дело не только в алкоголе.

— Опиум?

— Ну что вы. Опиум с алкоголем не слишком сочетается. Действие слабеет…^[23]

Не знал, однако.

— Да и… опиум — это для черни, — произнёс он с некоторой грустью. — Для людей же благородных есть иные средства расслабления… более… действенные. И куда более дорогие.

— На травках иного мира?

— На травках. На крови. Чего только не мешали… все знают, что последствия могут быть печальнейшие, однако одарённые, как я вам говорил, редко болеют. И это создаёт иллюзию собственной неуязвимости. Я как-то пытался донести до Богдана опасность зелий, тем паче не известно, кем изготовленных, но он отмахнулся. Мол, всё будет хорошо… и предложил попробовать.

— И вы…

— Сложно отказаться, когда все вокруг хлопают в ладоши и кричат, мол, пей… я выпил… помню, мне стало хорошо. Свободно так. Появилось желание причинить добро и немедля. Дар буквально требовал, чтобы я его применил. Я и применил… я очнулся в публичном доме, в виде неподобающем, не помня, как оказался там. Выяснилось, что я решил помогать людям и начал с публичных домов. Дошёл до этого, излечивши многих… девушек. А после упал без сил. Они оказались весьма добры. Мне позволили отлежаться, нашли одежду и проводили до квартиры. Я тогда сутки отсыпался. Хотел бы сказать, что на этом всё прекратилось, но… нет. Напротив. Тогда всё только-только началось.