Книга Любовь на кафедре, страница 28 – Дженнифер Смит

Лила

Они сидели в зоне ожидания уже несколько часов. Точнее, два. Но все равно больше, чем один.

— Держи. — Рис протянул ей пластиковый стаканчик с горячим шоколадом, снова сел на свое место и помог ей уложить ногу себе на колени.

Не такой уж он плохой, этот Рис. Может быть, он действительно резковат, но уже во второй раз приносит ей горячий шоколад и прождал с ней все это время.

— Хочешь «Киткат»? Печенья в автомате не было, а если бы и было, наверняка невкусное. — Он с сухой улыбкой протянул ей большой «Киткат».

— Рис, да я убить готова за шоколадку. — Она выхватила батончик у него из рук, вмиг сорвала обертку и запихнула шоколадку в рот. — Что? Я пропустила обеденную дозу печенья.

— Ты ешь печенье в обед? — Его брови поползли вверх.

— Да, и утром. Поэтому я такая милая.

Уголок его губ пополз вверх, но он осекся и снова нахмурился.

— А долго еще? — Он уже в тринадцатый раз смотрел на свои крутые часы. — Несколько часов прошло. Пойду спрошу.

— Рис, не надо. Они и так стараются как могут. Просто у Национальной службы здравоохранения слишком много работы и слишком мало ресурсов. — Лила взяла его за руку. У него были очень сильные руки.

Наверняка он привык ходить к частным врачам, и терапевты и специалисты готовы были обслужить его по первому зову. А как иначе, если у его семьи международная корпорация. Что ж, пусть посмотрит, как живет другая половина человечества — те, кому приходится сидеть в зоне ожидания и пить горячий шоколад из автомата.

— Ладно. — Он недовольно вздохнул и сел.

— Уже скоро. — Рис вел себя как взрослый ребенок.

Она и в самом деле надеялась, что ожидание не затянется: она очень проголодалась. А одним шоколадом не наешься.

Они сидели в тишине. В какой-то момент Рис положил руку ей на щиколотку — неудивительно, ведь ее нога лежала у него на коленях. Он рассеянно теребил розовую ткань ее брюк.

Лила вздохнула. Наверное, надо написать маме.

ЛИЛА

Мам, я поскользнулась на листьях и попала в больницу. Просто растяжение, наверное. Со мной все в порядке.

В больнице было полно ожидающих, и более важные случаи принимали вне очереди: детей, людей с сильным кровотечением и одного пациента, которого рвало фонтаном.

Мать ответила лишь через час, да и ответом это назвать было сложно.

МАМА

Ладно, напиши, если что-то понадобится.

Да, Лила была уже взрослой, но ей так хотелось, чтобы ее обняли, укрыли мягким одеялом и погладили по головке. Но у ее родителей была своя отдельная жизнь, а у Лилы — своя, о которой и надо было думать.

Прошло почти три часа, прежде чем ее вызвали на осмотр.

— Ну наконец-то, — проворчал Рис и помог ей встать. Обхватил ее за талию и повел в кабинет. Для такого крепкого здоровяка он был очень ласков.

— Зайдешь со мной? — спросила она у двери. Ей вдруг захотелось, чтобы он был с ней.

Рис нахмурился — брови сдвинулись на переносице.

— Ты уверена?

Он явно колебался.

Лила судорожно сглотнула и кивнула. Она устала, проголодалась и чувствовала себя уязвимой, и ей почему-то казалось, что одно лишь присутствие Риса помогало.

— Хорошо.

Она села на чуть более удобный стул; Рис встал у двери. Врач снял ее носок и ботинок и прощупал лодыжку холодными пальцами.