Книга Любовь на кафедре, страница 25 – Дженнифер Смит

Все в порядке, в полном. Ее восхищение крепким задом Риса не перерастет во что-то большее.

Рис сел на водительское место и нажал кнопку. Машина завелась. Заводить машину с помощью ключа? Такая простота не для Риса Обри-Даллимора. Он нажал пару кнопок на приборной доске, и сиденье под ней согрелось. Он растер ладони.

— Ох, Рис, прости. Ты замерз, — сказала она и только теперь заметила, что все это время он был без куртки. На улице, конечно, не мороз, но куртка бы не помешала.

— Я не рассчитывал, что придется так долго искать тебя по кампусу.

Машина мягко тронулась.

— Может, вернемся за твоей курткой? — Она готова была подождать.

Он сжал челюсть:

— Нет. Чем скорее доберемся до больницы, тем быстрее вернемся на работу.

Ну ладно.

Рис

Рис так и не понял, зачем их заставляли ждать. Неужели не нашлось ни одного свободного врача во всей больнице? Раньше ему никогда не приходилось ждать медицинской помощи, но он всегда ходил в частную клинику, где хорошо знали, кто он такой и из какой семьи. Быть Даллимором иногда оказывалось полезным. А вот попав в бесплатную больницу, он очутился совсем в другом мире.

Лила поерзала на неудобном пластиковом стуле, неуклюже выставив перед собой выпрямленную ногу.

— Можешь идти, — сказала она. — Необязательно меня ждать.

Рис вздохнул. Дэн бы никогда не бросил девушку одну в больнице, значит, и он так не поступит, хотя ему очень хотелось уйти: ведь у него сегодня не было лекций и он мог посвятить весь рабочий день изучению хартий Генриха II.

— А как ты собираешься возвращаться?

Она пожала плечами:

— Попрошу Джасмит заехать за мной после работы. Или позвоню Мэдди. Или вызову такси.

Ерунда какая-то. Кто-то должен с ней остаться и проследить, что с ней все в порядке. Такси? Ну уж нет. Как бы ему ни хотелось читать о действиях Генриха II в первые пять лет его правления, по какой-то причине он просто не мог оставить ее одну. Ей сейчас нужна была поддержка.

— А твои родители рядом живут? — спросил он. Может, родители приедут и побудут с ней? С близкими людьми ей будет комфортнее.

— Они живут в Италии. Так что нет, не рядом. Они переехали десять лет назад. Иногда мы созваниваемся по видеосвязи. — Лила печально улыбнулась. — Да все со мной хорошо, Рис, правда. Иди, у тебя наверняка полно дел.

Он внимательно на нее посмотрел, пытаясь понять, дразнит она его или нет. Справится ли она в одиночку? Будет ли злиться, если он уйдет? Не повлияет ли это на ее согласие стать его фиктивной подружкой на приеме Даллиморов? Кто знает, что скрывается за этими бесхитростными голубыми глазами?

Он решил не рисковать.

— Дела подождут, — сказал он.

Лила открыла рот, вероятно, чтобы возразить, но он не дал ей вымолвить ни слова.

— Молчи. Я останусь и подвезу тебя домой.

Конец дискуссии.

Дурацкие пластиковые стулья были слишком малы для полноразмерного человека. Он ерзал и перемещал центр тяжести, пытаясь найти удобное положение. Если в этой больнице приходится так долго ждать, почему они не поставят удобные стулья? Это не зона ожидания, а зона наказания какая-то, пытка для тех, кто имел наглость обратиться за медицинской помощью. В конце концов он отчаялся, сел, откинул голову и закрыл глаза. От ужасного желтого света у него разболелась голова.

Он рассчитывал посвятить этот день попыткам понять, как в двенадцатом веке были организованы переезды: Генрих II не любил сидеть на месте и часто переезжал, удерживая власть над «федерацией» государств одним своим личным авторитетом (Рис отказывался называть его земли империей, так как империя подразумевала некое единообразие, а во владениях Генриха находились очень разные государства). После этого Рис планировал еще раз отредактировать свою заявку в историческое общество, прочитать студенческие работы и пойти на тренировку по кикбоксингу.