Книга Бывшие. Мой сводный грех, страница 26 – Tommy Glub

Я смотрю на него.

Взлохмаченные волосы. Припухшие губы. На шее — след от моих зубов, темный, отчетливый.

Господи.

Перевожу взгляд на себя.

Блузка — расстегнута. Юбка — задрана. Чулки… один порван. Волосы — даже не хочу представлять.

Я выгляжу как... как...

— Ася, — он мягко берет телефон из моих рук. Направляет свет в сторону, чтобы не слепил. — Дыши.

— Я дышу.

— Нет. Ты паникуешь.

Да. Паникую. Конечно, паникую.

Я только что занималась сексом с бывшим в застрявшем лифте. С бывшим, который бросил меня три года назад без объяснений. С бывшим, который вернулся — и одним взглядом разрушил все, что я так старательно строила.

У меня есть Андрей. Был, наверное…

Что я наделала?

— Эй. — Саша касается моего лица. Поворачивает к себе. Его глаза — серьезные, внимательные. — Не уходи от меня. Не сейчас.

— Мне нужно... мне нужно привести себя в порядок.

— Хорошо.

Он помогает мне подняться. Осторожно, бережно — как будто я хрупкая. Как будто могу разбиться.

Может, и могу.

Нахожу свой лифчик. Застегиваю блузку — пальцы дрожат, пуговицы не слушаются. Он молча протягивает руку, помогает с последней. Не пользуется моментом. Не тянется за поцелуем. Просто — помогает.

Это почему-то делает только хуже.

Было бы проще, если бы он был сволочью. Если бы использовал момент, если бы давил, если бы…

Но он не сволочь. Никогда не был ею.

Он тот, кого я любила так сильно, что думала, умру, когда он уехал.

И вот теперь он стоит передо мной — полураздетый, взлохмаченный, с моим следом на шее — и молча застегивает мне блузку.

Мир не должен так работать. Это нечестно.

Лифт дергается.

Я хватаюсь за стену. Он хватает меня.

Еще один рывок — и кабина начинает двигаться. Медленно, со скрипом, но двигаться.

Вниз.

Свет мигает — и включается.

Яркий, люминесцентный, безжалостный. Я зажмуриваюсь на секунду. Когда открываю глаза — вижу наше отражение в металлических дверях.

Кошмар.

Я выгляжу как женщина, которую только что тщательно и со вкусом любили. Помятая блузка. Растрепанные волосы. Припухшие губы. След засоса на шее — господи, откуда? Когда он успел?

Торопливо поправляю волосы. Достаю из сумочки помаду — руки все еще дрожат. Пытаюсь привести себя хоть в какое-то подобие приличного вида.

Саша рядом — надевает рубашку, застегивает пуговицы. Движения спокойные, уверенные. Как будто ничего не произошло. Как будто мы просто ехали в лифте и он сломался.

Как ему это удается?

Двери открываются.

Трое мужчин в спецовках. Обеспокоенные лица. Один — пожилой, седой — начинает говорить раньше, чем мы успеваем выйти:

— Простите, ради бога! Мы как узнали — сразу, сразу бригаду вызвали. Но там проводка, доступы, пока нашли, пока…

— Все в порядке, — говорит Саша. Голос ровный, спокойный. — Мы целы.

— Три часа! Три часа вы там просидели! — Второй мастер, помоложе, качает головой. — Вода, может? Чай? У нас в бытовке есть, я принесу...

— Спасибо, не нужно.

Саша берет меня под локоть. Мягко, ненавязчиво. Ведет мимо мастеров, мимо их извинений и предложений.

Я иду на автомате. Ноги ватные. Голова пустая.

Что я скажу Андрею?

Выходим из подъезда. Ночной воздух — холодный, свежий — бьет в лицо. Я делаю глубокий вдох. Потом еще один.

Три часа.

Три часа я была в темноте с ним.

И теперь ничего не будет как раньше.