Онлайн книга «Жертва Венеры»
|
— Учу тебя, Фроська, учу, да всё не в кобылу корм – сызнова начинку для пирога перепарила. Сколь разов тебе повторять: капуста должна похрустывать, а не превращаться в кисель! Ну что за девка никчемушная! Мужика у тебя нет, не то живо бы стряпать выучилась. Знаешь, как сказывают: бей жену, чтоб щи вкуснее были! Должно быть, там находилась поварня, в которой князю уж точно делать было нечего. Две другие двери оказались прикрыты. За одной скрылась давешняя девчонка, и не похоже было, чтобы она отправилась докладывать о нём господам. Князь подошёл к третьей двери и, слегка замешкавшись, постучал. Ответом была тишина. Чуть помявшись, всё же вошёл внутрь. Здесь оказалась не то столовая, не то гостиная: большой стол посредине, у стены, напротив окна, поставец[24] с посудой – парадные тарелки из порцелина[25] стояли боком. Ими явно не пользовались в прозаически-обеденных целях, а хвастались перед соседями. Вдоль стен и вокруг стола располагались обычные лавки и несколько сундуков. Князь улыбнулся – да после такого убожества любезная Мария Платоновна в его доме как во дворце себя почувствует! В глубине горницы виднелась ещё комната, и оттуда слышались голоса. Князь прислушался. — Сказывают, Преображенскому полку награда от государыни вышла за усердство, – говорил жалобный женский голос. – Солдаты по пяти рублей серебром получили, а офицеры и того боле. А вы как же? Отчего вам не причлось ничего? — Мне почём знать? – недовольно отозвался собеседник. Это был мужчина. — Так ведь полк ваш тоже тогда во дворце стоял вместе с преображенцами. — Наша забота службу нести, а кого и чем наградить, то без нас решат, – буркнул мужчина. — Подал бы ты челобитную, батюшка. Пожалился да упросил, чтоб жалованье выдали хоть за полгода – ведь с прошлой Пасхи ни полушки не видали… Чем живём только… — Ещё придумала! – рыкнул невидимый собеседник сердито. – Я не побирушка на паперти! Женщина всхлипнула: — Батюшка, что же делать-то – надобно денежек хоть немного. Вовсе тяготно, а скоро и того горше будет… — Это с чего же? – В голосе мужчины прозвучало подозрение. — Так в тягостях я… Собеседник охнул: — Сызнова брюхата?! Да откель же тебе надувает? — А это, сударь мой, твоим усердием! – фыркнула женщина. – Чай, не иноком живёшь! Тот хмыкнул: — Поговори мне ещё! Ладно… что уж тут… будем хотя бы уповать, чтоб сына Господь послал… Князь на цыпочках отступил к двери, постучал в притолоку и громко проговорил: — Смею обеспокоить? В смежной комнате раздалось движение, и из неё друг за другом показались мужчина лет сорока и худая русоволосая женщина, одетая как мещанка: в рубаху из неотбеленного полотна и грубошёрстную юбку. Оба изумлённо уставились на князя. Впрочем, посмотреть было на что: атласный, с цветочным узором камзол, рубашка тончайшего полотна с кружевными манжетами, шелковые чулки. На ногах башмаки с алмазными пряжками, на голове – длинный, тщательно уложенный парик. Одет он был по последней моде и смотрелся в этой комнате, как павлин, ненароком залетевший в курятник. — Прислуга ваша вся куда-то подевалась, доложить обо мне было некому, так что я рискнул войти без приглашения, – пояснил он. – Позвольте представиться, князь Порецкий. — Ваше сиятельство, какая честь! – всполошилась женщина. – Прикажу высечь нашего камердинера и отправить в деревню дурака! Проходите, ваше сиятельство! Присаживайтесь… |