Книга Повесть о граффах, страница 75 – Даша Клубук

Серо безмолвно протянул кукловоду несколько коробок.

— Ты за товаром ходил? Тогда ладно, – бросил кукле Олли и грубым рывком отобрал у того протянутые коробки.

После, вновь улыбнувшись, кукловод принял от притихшей Ирвелин двенадцать рей и вручил ей метроном. Серо так и стоял без движения, пока Олли не дал ему следующее поручение, и бедной кукле не пришлось возвратиться на склад.

Вышла Ирвелин из лавки как в воду опущенная. У порога ее ждал Август.

— Ты в порядке?

— Даже не знаю, – только и смогла выдавить из себя Ирвелин.

Август вопросительно на нее посмотрел, но не дождавшись продолжения, перевел тему. Он ликовал.

— Я же говорил, что графф, сбивший с ног ту пожилую леди, был Нильсом! Я говорил! Вот скажу я Филиппу… – Встречного торжества от Ирвелин он не получил, поэтому свой пыл ему пришлось сбавить. – Это был Нильс, и он заходил к Олли, чтобы купить его куклу за десять тысяч рей. Десять тысяч! Да я таких денег в глаза-то никогда не видел. Бьюсь об заклад – Нильс лукавил. Нет у него таких денег, никогда не было. И зачем ему сдалась эта кукла?..

Слушая Августа вполуха, Ирвелин безучастно пожала плечами. Сейчас ее волновали только те неморгающие глаза.

Они зашагали по Скользкому бульвару вверх, на север. Август продолжал говорить что-то про Нильса, а Ирвелин молча смотрела на плотную вереницу увядающих кленов, как ветер срывал с них листья, и те, беспечно кружась, падали прямиком на макушки гуляющих граффов.

— Да что с тобой, Ирвелин? – фыркнул Август, явно недовольный ее равнодушием. – Ты выглядишь так, будто призрака встретила. Я, конечно, и сам люблю поговорить, но сейчас я был бы рад хоть какому-то…

— Август, – перебила его Ирвелин, – ты видел эту куклу? По имени Серо. Которую Нильс хотел купить.

— Мельком. А в чем дело?

— Мне кажется… – Ирвелин посмотрела по сторонам, и, убедившись, что рядом с ними было безлюдно, продолжила: – Мне кажется, что кукла Олли – живая.

Август еле сдержал смешок.

— Кукла? Живая? Ирвелин, думаю, мне стоит рассказать тебе подробнее о механике работы кукловодов…

Девушка резко притормозила и посмотрела на вечно счастливое лицо левитанта с хмурой решительностью, отчего улыбка Августа угасла. Он остановился следом и, добавив голосу серьезности, произнес:

— Послушай, его кукла не может быть живой. Полноценное оживление неживого даже в Граффеории недостижимо, помнишь? Да, кукла Олли ходит, двигает руками, приносит то, что его просят принести. Да. Но все это – обыкновенный трюк кукловодов. Они могут подключать к предметам расшифровку звуковых сигналов, добавлять краткосрочную память… Такие куклы, как роботы в большом мире, только без чипов, батареек и прочего.

— Ты видел, как Серо смотрит? – упрямилась Ирвелин. – Он смотрит на всех с грустью. Грусть, Август! Пусть я и не самый опытный из граффов, но даже я знаю, что чувства присущи только живым.

— Ладно. Хорошо, – ответил Август, медленно возобновляя шаг. – Пойдем с другого пути. Я знаком с Олли Плунецки вот уже два года, и я могу с уверенностью заявить, что этот графф далек от призвания гения. Он талантлив, да, и в перерывах между выпивкой он мастерит потрясающие вещицы, но полноценно оживлять? Даже самый искусный из кукловодов не способен на это. Извини, если я порчу твою теорию, но то, о чем ты говоришь – сказки. К тому же я читал, что существует какой-то древний закон, по которому за оживление кукловодам грозит пожизненное заключение.