Онлайн книга «Повесть о граффах»
|
Тут взгляд Ирвелин прошелся по иллюзионисту. Он смотрел на торт и вполголоса уточнял у Миры название эустом. Потом она подумала об отце и его жгучем желании вернуться в Граффеорию. И ее желание было готово. Она нагнулась к торту и задула праздничную свечу. * * * Он шел по раскиданному наобум гравию. Его душу снедало нетерпение. Он боролся с позывом ускориться, ведь бег в его положении недопустим. Скорость должна оправдывать себя, а неоправданная скорость – признак слабоволия. А потому он только шел, с каждым шагом ощущая, как нетерпение покрывает его левую ладонь липким потом. Когда он вошел в парадную комнату, в ней было темно. Он прошел по ней, не тратя времени на свет, по памяти открыл следующую дверь и замер на пороге. Запах гари заполонил его нос и горло. Несколько знакомых лиц обратились к нему. Он кивнул им в знак приветствия и прошел по комнате до ее середины. Там, на холодном полу, на коленях сидела новенькая. Заплаты на ее комбинезоне наглядно говорили о бедности, но ему было на это глубоко наплевать. Он поприветствовал и ее, а после – присел рядом. Возле новенькой лежала фарфоровая кукла. По виду она была вполне обыкновенной, но он знал, что зрение – главный предатель среди чувств, способный разглядеть лишь притворство. Он коснулся руки куклы, настолько тонкой, что при желании ее можно было бы обхватить и пальцем. Как много мыслей скопилось сейчас у него в голове. Он верил, что после стольких поражений ему улыбнулась вожделенная удача. Сгорая от волнения, он поднял взгляд на новенькую. Ее красивые глаза не выдавали и капли страха перед ним. Она смотрела на него ровно, на грани едкого, как дым, равнодушия, что любого другого граффа могло бы оскорбить, но не его. Он замер в ожидании ее вердикта, и, когда тонкая рука куклы чуть шелохнулась, новенькая вполголоса произнесла: — Удалось. Конец первой книги |