Книга Повесть о граффах, страница 172 – Даша Клубук

— Чем ближе Белый аурум к зоркому полю, тем его волны сильнее, – подхватил Филипп. – Вспомни, Ирвелин, как камень трясло в тот день, когда мы обнаружили его у Миры. Во дворце, в стеклянном кубе, его не трясло.

— Мы полагаем, что девять пилигримов пытаются добиться наибольшей мощности Белого аурума! – выпалил Август.

— Но для чего?

У Ирвелин не укладывалось это в голове. Озвученные доводы свалились в одну кучу и перемешались, не давая каждый хорошенько проанализировать.

Под звуки чавканья Паама Юнга четверо граффов стояли и молча смотрели на карту.

— Друзья мои! – снова выкрикнул Август, чем спровоцировал Паама, и тот подавился. – Все сходится!

Компания вопросительно поглядела на левитанта.

— Знаете, о чем я вспомнил? Мира! – Он в возбуждении зашагал вокруг стола.

— Чего тебе? – та нахмурилась, не ожидая от Августа ничего хорошего.

— Мира! – повторил Август. – В начале лета Нильс предлагал тебе, Мира, вступить в их группу. Помните? Ну соображайте! Мы еще гадали, почему это Нильс решил привлечь именно Миру. Так вот где собака зарыта! Все, оказывается, как у обычной супружеской пары – весь сыр-бор из-за жилплощади… Мира отказалась, чем очень подвела Нильса, ведь если бы она согласилась, укрывать краденый Белый аурум на Робеспьеровской было бы куда проще. Мира отказалась, и им пришлось выкручиваться, проникая в квартиру на Робеспьеровской, 15/2 тайно. Ха! Вот и причина, зачем Нильс подарил тебе, Мира, тот сувенир со Скользкого бульвара. В нужный момент он просто заменил подделку на подлинник, полагая, что ты не заметишь подмены. – Граффы еще не успели переварить услышанное, как Август снова воскликнул: – Ирвелин! Готов поспорить на тысячу рей, что и твой отец приобрел вашу квартиру отнюдь не из-за низкой рыночной стоимости.

Но Ирвелин уже не слушала его. Она ахнула, и причиной тому выступали вовсе не слова Августа, а выводы, которые образовались у нее в мыслях, соединив все недавние события воедино.

— Они пришли в мою квартиру, чтобы спрятать Белый аурум, – вслух произнесла она потусторонним голосом.

— Ты это о чем? – уточнил Август, останавливаясь подле нее.

Ответила Ирвелин чуть погодя. Она вцепилась невидящим взглядом в старинную карту.

Все сходится. Для чего еще Нильс мог вернуться к ней домой? Не для поисков же куклы Серо – для этого у него было предостаточно времени в прошлый раз. Перед глазами Ирвелин возникло темное окно – двое граффов движутся из стороны в сторону, будто выискивая что-то. Надежное место для тайника?

— Вчера Белый аурум был снова украден, – заговорила она. Четыре граффа застыли, включая Паама Юнга, который тут же приподнялся с насиженной кушетки. Избегая пауз, Ирвелин продолжала: – Девять пилигримов совершили второе ограбление. Они украли Белый аурум и вновь, как после Дня Ола, упрятали артефакт на Робеспьеровской. В этот раз их выбор пал на квартиру номер пять. Мою. – Она сглотнула. – Вчера поздно вечером, уже после оповещения о краже, в окне своей гостиной я видела Нильса и какую-то женщину.

Воздух между ними как будто отяжелел. Казалось, эта комната была слишком маленькой для такого количества потрясений, и единственное в ней окно, с трещиной наискосок, скоро взорвется от тяжкого новостного груза.

— Почему ты нам сразу не сказала? – поинтересовалась Мира с претензией, а Паам хрипло добавил: