Книга Повесть о граффах, страница 127 – Даша Клубук

Август перешел на крик; эмоций в его голосе и на лице хватило бы на весь юг.

— Август, да послушай же ты! – А вот Филипп умело держал себя в руках, хотя тон его голоса стал тверже. – Я должен был принять срочное решение, и я его принял. Ты думаешь, если бы мы отказали в выполнении обозначенной услуги, нас бы так просто отпустили? Или у тебя в запасе был другой план, как нам выбраться оттуда невредимыми?

— Я собирался предложить ей поменять услугу. Заплатить ей, в конце концов.

— Вспомни, Август, что женщина сказала по поводу денег. Они ее не интересуют. А что она сказала после твоего возмущения? «Такова цена». Могу перевести: решение озвучено и обсуждению не подлежит.

— И что же ты предлагаешь нам делать?

Вздохнув, Филипп опустился на скрипучую кушетку и поднял уставшие глаза на друга:

— Я предлагаю отыскать Паама Юнга и предупредить, что его разыскивает эта женщина-телепат. Все. Последующее решение – возвращаться к ней или не возвращаться – пусть он принимает сам.

Август сложил руки в замок и настороженно оглянулся на дверь, будто убеждаясь, что около нее никого нет, и никто их не подслушивал.

— Ладно, – выговорил он.

Решение великодушное, однако Ирвелин увидела в нем очевидную прореху.

— А вы не боитесь, что господин Юнг примет решение не возвращаться в особняк? Тогда мы окажемся следующими, кто не внес цену.

— Она же из дома не выходит, помнишь? – ответил ей Август. – Маловероятно, что мы встретим ее разгневанную на Робеспьеровской.

— Да, но скоро к ней в дом придет следующий гость, и для него она выдвинет то же условие – привести нерадивых гостей, которые обманули ее. То есть нас.

— И что она может нам сделать? – В обсуждение вступила Мира. Все это время она выгребала из сумки вещи, скидывая их на пустую кровать. – Представляете, если в подвалах ее особняка стоят клетки, в которых она держит непослушных гостей. Кидает им обглоданные кости, дает по одному глотку в день… – Ирвелин поежилась. – И кстати, Август, – продолжила Мира, – мне одной твои жалобы кажутся смехотворными? Ведь именно ты привел нас в этот особняк.

— Да, привел, и благодаря этому теперь мы знаем, во что ввязался Нильс и где его искать.

— Ха! Да может, эта сумасшедшая все выдумала! Наплела нам с три короба про девять пилигримов, о которых прочитала в своих книжках, и вспомнила про горы, которых в Граффеории больше, чем граффов. Для таких фокусов, знаете, не обязательно быть всемогущим телепатом. Достаточно просидеть всю жизнь в четырех стенах, надышаться сыростью и начать путать галлюцинации с реальностью. Слышали, что она наплела про меня? Я, по ее мнению, тупица.

— Она совсем не так сказала, Мира, – заметил Филипп.

— Ты теперь ее защищаешь?

Завязались споры. Обычно Ирвелин не вступала в конфликты, однако события прошедшего дня оказались настолько противоречивыми, что даже она не преминула высказаться.

— Август, а для чего Паам Юнг мог обратиться к телепату? Он тоже кого-то разыскивал? – задала вопрос Ирвелин, присев от усталости на кровать.

Левитант развел руками.

— До той встречи в таверне мы не виделись с Паамом около десяти лет. Он упоминал, что почти вся его семья умерла и сейчас он живет один. Больше о его нынешней жизни я ничего не знаю. Как оказалось, рассказом Грифеля он заинтересовался не меньше меня, а я и не заметил тогда.