Книга Ненужная вторая жена Изумрудного дракона, страница 119 – Ангелина Сантос

Я стояла в ней и не стояла.

Вокруг был пожар, но без жара. Стеклянные стены дрожали, лунный свет метался по полу, лозы чёрными кнутами бились по колоннам. Элиана в белом платье стояла у дерева. Ладонь у неё была рассечена, кровь капала в каменную чашу.

Рядом Даррен.

Моложе, но почти такой же. Красивый, собранный, только в глазах не скорбь, а голод.

— Сильнее, Лиана, — говорил он. — Ты просишь как девочка.

— Оно не отвечает.

— Потому что ты сама не веришь, что достойна.

— Хватит.

Это был другой голос.

Сухой. Мужской.

Ларс Виттен стоял у двери оранжереи. Высокий, седой, с тонким лицом и знаком управляющего на груди. Он держал в руке бумагу с печатью.

— Лорд Рейнар не давал такого приказа.

Даррен повернулся к нему.

— Осторожнее, Ларс. Вы служите дому, а не настроению дракона.

— Именно поэтому я прекращаю это безумие.

Элиана подняла голову.

— Ларс?

Он сделал шаг к ней.

— Леди, отойдите от дерева.

И тогда из-за кадок вышел Тави.

Маленький. В ночной рубашке. С деревянной лошадкой в руках.

— Тётя? — спросил он.

Элиана побледнела.

— Тави, уходи.

Даррен посмотрел на мальчика.

Я увидела момент, когда мысль пришла ему в голову.

И похолодела.

— Вот, — сказал он тихо. — Сердце молчит, потому что ему нужна кровь рода.

— Нет, — Элиана шагнула к ребёнку.

Ларс бросился быстрее.

Но не успел.

Даррен схватил Тави за запястье.

Мальчик не закричал. Только выронил лошадку.

Элиана ударила брата подсвечником.

Так, как писала.

Не сильно, но достаточно. Даррен отшатнулся. Тави упал, пополз за кадки. Из бокового прохода выбежал молодой мужчина с руками в земле и лицом, полным ужаса.

Арен.

— Я же говорил! — крикнул он. — Соль запирает, а не открывает! Оно больное!

На полу у дерева уже светилась дуга изумрудной соли.

Сердце проснулось.

Не величественно. Не красиво.

Как рана.

Пламя ударило из трещин в коре. Зелёное, голодное, слепое. Оно бросилось туда, где был страх. К Тави. К Элиане. К Арену. К Даррену. Но Даррен успел отступить за линию соли.

Ларс потянулся к мальчику.

Арен тоже.

Два силуэта в дыму.

Тави за кадкой, прижав лошадку к груди.

Арен схватил мальчика — нет, не мальчика. Пламя обернулось вокруг него. Изумрудное стекло в стенах вспыхнуло, преломило свет, и на месте Арена на миг появился силуэт ребёнка.

Точный.

Маленький.

С лошадкой в руках.

Ложный Тави из огня и стекла.

Элиана закричала:

— Нет! Он там! Тави там!

Но стекло звенело так громко, что голос распался.

В оранжерею ворвался Рейнар.

Таким я его ещё не видела. Моложе. Дикий от ужаса. На плечах вспыхивала чешуя, глаза горели. Он увидел ложный силуэт ребёнка в зелёном огне и бросился туда.

— Рейнар! — кричала Элиана. — Не он!

Но пламя уже захлопнулось.

Рейнар вырвал из огня фигуру, которую считал Тави.

Арен.

Или то, что пламя и стекло сделали похожим на Тави.

Настоящий мальчик был за кадками. К нему бросился другой мужчина — высокий, тёмноволосый. Брат Рейнара. Отец Тави.

Он схватил сына, закрыл собой, но зелёный огонь ударил по ним обоим.

Видение дрогнуло.

Элиана побежала к ребёнку, но Даррен поймал её за руку.

— Поздно, Лиана.

— Отпусти!

— Ты всё испортила.

— Ты хотел его крови!

Даррен ударил её.

Не сильно.

Не по лицу.

В грудь, туда, где на платье светилась изумрудная брошь. Брошь вспыхнула. Элиана пошатнулась и упала к дереву.