Книга Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя, страница 38 – Ани Марика

— Но ведь Лазарь сказал, что оборотни, встретив раз пару, не могут бросить её, как и найти другую. Как ты смог?

— Я не оборотень, — хмыкает Гор. — Обычный человек. Был им, во всяком случае. В отличие от оборотней, мы можем разорвать узы истинности.

— Значит, я тоже могу разорвать эти узы и не мучить Лазаря? Он останется в живых и найдёт другую? — подскочив, нависаю над мужчиной.

— Можешь… Только он потеряет зверя, не сможет с этим жить и покончит с собой, как сделала это Лукерия, — добивает князь. Падаю обратно на спину и смотрю на деревянный потолок. Такой исход меня не устраивает.

— А какие ещё существа здесь, кроме оборотней?

— Алконосты, вурдалаки, домовые, лешие, русалки, сирины, гамаюны, драконы.

— Мы точно в другом мире, — ошеломлённо выдыхаю.

— На Земле. В Гардарике. Это страна городов и великих княжеств. Мой остров Кадьяк — один из княжеств, входящих в состав Гардарики.

— У меня фамилия Кадьяк, — улыбаюсь я.

Гор замолкает и удивлённо осматривает меня.

— А кто управляет всей страной? Царь?

— Конунг Ярослав Мудрый, — буркнув, мужчина резко встаёт. Будто ему наскучило отвечать на вопросы.

Непонимающе провожаю его удаляющуюся голую спину. Вот что я не так сказала? Как же сложно с этим биполярным персонажем.

Потянувшись во все стороны, разминаю ноющие от тяжёлой работы мышцы. Поднимаюсь и плетусь на кухню. Опять надо разжигать печь, греть воду.

Замираю на пороге. Мужчина сам топит печь и, подхватив лохань, выходит из избы. Набирает снега полную ванну и под мой обалделый взгляд заносит обратно.

— Спасибо, слушай, а ты можешь наколдовать немного утвари или мебели?

— Чего тебе надо? Куплю в городе.

— О, ты в город. Я с тобой!

— Нет. Сиди дома, — рычит недовольно товарищ.

— Продуктов можешь купить? Овощей, зелени там. И хлеба. И какой-нибудь ковшик, чтобы умываться удобнее было.

— Ладно, — буркнув, мужчина выходит на улицу.

Оставшись одна, грею воду, умываюсь, кое-как распутываю колтуны. Вновь прячу волосы под косынку и ставлю греться остатки вчерашнего обеда.

Гора нет почти до самого обеда. Я откровенно скучаю в одиночестве. Перебираю в сотый раз вещи. Поддерживаю огонь в печи. И слоняюсь вокруг дома.

Возвращается мужчина почти налегке. Лишь небольшой мешок за спиной. Спрыгнув с оленя, он заносит покупки в дом. Ставит на стол. Разворачиваю мешок, с любопытством заглядывая. Вытягиваю нечто необычное и до боли знакомое.

— Ты купил рукомойник? — с широкой улыбкой поднимаю глаза на Гора. Верчу в руках деревенский деревянный сосуд, который обычно вешают на дерево, наполняют водой, на дне небольшой носик, нажимаешь на него, и вода льётся в нужном количестве. Не банька, конечно, но тоже очень необходимая вещь.

— Вместо ковша, — буркнув, Гор отбирает рукомойник и вешает возле печки.

— Спасибо, это даже лучше ковша, — совершенно искренне благодарю и отворачиваюсь рассмотреть остальные покупки.

— Это тебе, — мужчина отвлекает. Поворачиваюсь к нему и опять изумлённо замираю.

Гор протягивает безумно красивый деревянный изогнутый гребень для волос. На широкой части инкрустированы большие зелёные стеклярусы, очень похожие на настоящие изумруды. Осторожно провожу пальцами по холодным камням. Это ведь вряд ли настоящие драгоценности, правда?

— Под цвет твоих глаз, — нарушает повисшую тишину.