Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 81 – Диана Фурсова

Тишина была почти невыносимой.

Именно сейчас от неё ждали красивого ответа. Простить. Протянуть руку. Превратить признание мужчины в финальную точку.

Но жизнь не была балладой для совета.

— Да, — сказала Вера. — Виноваты.

Каэль не отвёл взгляда.

— Я знаю.

— Признание вины не отменяет последствий. Мира всё ещё боится, что её заберут. Тим всё ещё помнит, как увели сестру. Морвейн-Хольд всё ещё держится на клятве, которую ваш род назвал проклятием. Серафина мертва. Иветта мертва. Аделайду лишили имени. Меня сослали. Людей оставляли без дома, потому что так было удобно называть порядок.

Она почувствовала, как голос становится тише, но зал слушал ещё внимательнее.

— Я принимаю ваше признание как начало. Не как прощение. Прощение нельзя вынести решением суда.

Каэль медленно кивнул.

— Я не прошу его сегодня.

— Хорошо.

Селеста вдруг засмеялась.

Не громко. Тонко.

— Как трогательно. Признания, дети, пуговицы, старые книги. Но всё это не отвечает на главный вопрос. Кто эта женщина?

Вера повернулась к ней.

— Мы уже обсуждали моё имя.

— Нет, леди Элиана. Вы обсуждали имя тела. Происхождение. Дом. Но за последние дни несколько свидетелей заметили странности. Вы не помнили очевидных вещей. Говорили иначе. Вели себя иначе. Даже герцог сказал, что вы изменились.

Холод прошёл по спине.

Селеста улыбнулась.

— Совет должен рассмотреть возможность подмены личности. Самозванка под лицом Морвейн — куда более серьёзная угроза, чем капризная жена.

Марфа резко шагнула вперёд.

— Да она…

Вера подняла руку.

Внутри всё стало очень тихо.

Вот куда била Селеста. Не в документы, не в счета, не в Миру. В правду, которую Вера не могла объяснить, не разрушив всё. Она действительно была не Элианой. Не полностью. Она пришла из другого мира, проснулась в чужом теле, несла чужое имя как броню и собственное имя как тайную кость под кожей.

Селеста не знала этого.

Но умела чувствовать трещины.

— Подмена? — спросил Каэль холодно.

— Вы сами видели. Ваша прежняя жена была слабой, зависимой, неуверенной. Эта женщина за несколько дней подчинила дом, открыла печати, собрала толпу и заставила вас свидетельствовать против совета. Либо это воздействие Морвейн-Хольда, либо перед нами самозванка.

Старейшины зашептались.

Вера чувствовала, как зал начинает склоняться. Люди боятся не лжи — лжи они привыкли. Люди боятся непонятного.

Она сделала шаг к центру зала.

— Вы правы в одном, леди Селеста. Я изменилась.

Селеста прищурилась.

— Признаёте?

— Признаю, что женщина может измениться, если её предали, сослали, лишили права говорить и оставили в доме, где ей пришлось выбирать: умереть от страха или встать. Признаю, что прежняя Элиана боялась. Признаю, что я тоже боялась. Но страх не доказательство самозванства. Иначе половина женщин в вашем совете исчезла бы, как только перестала молчать.

Селеста побледнела.

Вера повернулась к старейшинам.

— Вы хотите проверить, Морвейн ли я? Проверьте дом. Он открыл мне ворота. Он признал меня хозяйкой. Он дал мне книгу клятв. Он ответил на имена. Вы хотите проверить, Рейнар ли я по браку? Кольцо на моей руке горит той же клятвой, что и кольцо герцога. Вы хотите проверить, человек ли я? Спросите тех, кого я впустила в дом. Спросите, стала ли им легче от моих странностей.