Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 9 – Лера Виннер

— Чего вы ждете от женщины, которую берете силой?

Не следовало говорить это, не нужно было его злить, но слова сорвались с губ раньше, чем я успела понять это.

Граф тихо засмеялся мне на ухо:

— Держать язык за зубами вы, как я вижу, совсем не умеете.

Было ли это упреком или прямой угрозой, понять я уже не смогла.

Его рука на моей талии сжалась крепче, а потом двинулась выше, скользнула по животу.

— В любом случае, смею вам напомнить: никто не пытается овладеть вами силой. Я сделал предложение, на которое вы могли не соглашаться. Но коль скоро уж вы сказали да, извольте не строить из себя оскорбленную невинность.

Последнее слово, — употребленное очевидно с умыслом, — пришлось как удар, и я все-таки вздрогнула.

Как оказалось, именно этого он и добивался.

Судорожный вздох вырвался у меня сам собой, когда Рейвен разжал пальцы на моем подбородке, но радоваться было рано, — одним уверенным и сильным движением он развернул меня к себе, заставляя терять равновесие.

Мне оставалось только схватиться за стол за своей спиной, чтобы не упасть, а дракон, меж тем, придвинулся ко мне еще ближе.

Его немыслимый взгляд опустился с моих губ к шее, а потом — к груди. Задержался там дольше, чем мне хотелось бы.

Готовясь ко встрече с ним, я выбрала глухое темное платье с множеством крючков, и теперь они казались мне почти броней, которая могла бы уберечь…

Рейвен, очевидно, это отметил. Быть может, даже пересчитал количество петель, отделяющих его от более откровенного зрелища. А потом приказал коротко и тихо:

— Расстегивай.

Мое сердце все-таки пропустило удар, а уши заложило от страха.

Никакие уговоры или увещевания себя не помогали, потому что…

Потому что до этого момента я наивно надеялась, что все случится не сразу. Что он все же проявит немного понимания, и мы отложим выполнение моей части договора хотя бы до завтра, потому что…

— Сейчас?

Собственный полушепот показался мне таким жалким, что горло сдавило.

Рейвен улыбнулся мне в ответ почти так же, как улыбался днем — красиво и невыносимо.

— Разумеется, нет. Усталые и заплаканные женщины привлекают меня еще меньше, чем равнодушные. Однако я сделал то, о чем вы просили. И хотел бы получить небольшой… аванс.

Сделав еще один судорожный вздох, я заставила себя поднять дрожащие руки и потянулась к крючкам.

Не было смысла откладывать неизбежное, не имело значения то, как страшно мне сейчас было.

Днем, когда он обещал барону Хейдену помилование, я не могла думать ни о чем другом.

После, от удивления и унижения, которое пришлось пережить в тюрьме, мне сделалось почти безразлично.

Теперь же я была в его власти, и вместо того, чтобы сдержать свое слово с тем достоинством, которое только было возможно в моей ситуации, дрожала так откровенно.

Недовольный моей дерзостью дракон-губернатор мог и правда сделать что угодно. Одним легким движением руки пополнить мною список женщин, лишенных возможности носить откровенные наряды даже на сцене, потому что чересчур откровенные шрамы…

Пальцы слушались плохо, и на то, чтобы расстегнуть лиф у меня ушло вдвое больше времени, чем обычно.

Рейвен не торопил. Стоя все так же нестерпимо близко, он внимательно отслеживал каждое мое движение, но не шелохнулся, пока я не закончила и не вцепилась в стол снова.