Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 7 – Лера Виннер

И совсем не думать о том, что когда месяц унижений и боли закончится, идти мне будет некуда.

О том, что значило попасть в постель дракона, актрисы Королевского театра шептались часто. Одни с придыханием рассказывали о неземном наслаждении, которое испытывали только с ними. Иные кривились, непрозрачно намекая на уродливые шрамы, оставленные их когтями.

Прима-балерина, леди Фредриксон, для которой дракон стал не просто покровителем, а мужем, снисходительно улыбаясь, говорила, что дело исключительно в любви. Своих возлюбленных, будь те даже не драконицами, а самыми обычными человеческими женщинами, драконы способны были в прямом и переносном смысле вознести до небес.

Однако я лорду Рейвену очевидно не была даже приятна. Он воспользовался ситуацией, чтобы получить живую и покорную его воле игрушку.

Все женщины, имевшие подобную связь, сходились в одном: во всём, что касалось плотской любви, драконы были сильны и неутомимы.

Меня совершенно точно не ожидало ничего хорошего, и так прекрасно было не думать об этом, прикрываясь тем, что я не могу позволить себе расстроить свою семью.

Теперь же, когда они с такой поразительной лёгкостью от меня отвернулись, я могла признаться себе в том, что потеряла не только их уважение. Моей карьере в Королевском театре тоже пришёл конец.

Директор сочувственно кивал, когда я объясняла ему, что должна срочно покинуть труппу, потому что дома случилась беда.

Утром мне предстояло написать ему о том, что вернусь не раньше, чем через месяц, и тем самым подписать себе ещё один приговор. Слишком велика была в Королевском театре конкуренция, слишком…

— Что же, леди Хейден, вы довольны? — неслышно приблизившийся граф Рейвен остановился прямо за моим плечом.

В его голосе слышалась едва уловимая, но тень насмешки.

Как же мне хотелось развернуться и сказать, что я его ненавижу. Назвать его чудовищем, недостойным носить человеческий облик. Или того лучше, мило улыбнуться и отправиться в его дом, чтобы принять яд прямо за ужином, изрядно его обременив.

Вместо всего этого я заставила себя спокойно посмотреть ему в лицо.

— Более чем. Благодарю вас.

— Оставьте, — он усмехнулся, и его глаза в темноте как будто загорелись ярче. — Прямо сейчас у вас такое лицо, как будто вы решаете, чем именно и когда меня отравите. Если так, это дурная идея, драконы мало восприимчивы к человеческим ядам, а на подходящий денег у вас всё равно нет.

Лицо обожгло почти так же, как днём в его кабинете, но этого он будто не заметил.

— Следуйте за мной.

Рейвен взлетел в седло легко и красиво, а вот мне потребовалось до неприличия много времени, чтобы оседлать свою лошадь.

Спину ломило от усталости и чудовищного опустошения.

Все самое страшное для меня закончилось, а то, что только предстояло…

Бездумно направив Бурю вслед за Рейвеном, я предпочла думать о тех актрисах Королевского театра, за чьими спинами шептались давно и будут шептаться всегда. О тех, кто получил желанное место не благодаря своему таланту и упорной работе, а за счет влиятельных покровителей. Многие из тех мужчин годились в отцы своим протеже, были некрасивы и славились дурными характерами. Однако молодые и прекрасные леди называли себя их любовницами с гордостью, и терпели… молча. Зная, что цель оправдывает средства.