Книга Звездная пыльца, страница 45 – Надежда Паршуткина

В этот момент на главном экране замигал жёлтый индикатор. Входящий вызов. Приоритетный канал. Шифровка командования.

Инстинкт, сильнее страха, сильнее яда, заставил мою руку дрожаще потянуться к кнопке принятия. Я принял вызов.

На экране возникло знакомое, обветренное лицо генерала Кроу. Он улыбался своей знаменитой, немного волчьей улыбкой.

— Мэтт, сынок! Ну ты даёшь! — прогремел он, и его бас, обычно такой суровый, сейчас звучал почти отечески-восторженно. — Молодец! Уже в пути, я смотрю!

Я молчал, не в силах выдавить ни слова. Генерал, не дожидаясь ответа, продолжал.

— Весь отдел ксенобиологии тут на ушах стоит с тех пор, как пришло твоё сообщение! Не верили, сволочи, пока я снимки с бортовых сканеров не показал! Живую, невредимую фею! С полноценными крыльями и, как ты пишешь, «установленной магической активностью»! Да это же открытие века!

— Какое… сообщение? — с трудом выдавил я. Во рту пересохло. — Какой… образец?

Генерал снисходительно усмехнулся, как взрослый ребёнку, который всё переспрашивает.

— Ну какой-какой! Ты же сам детализировал по защищённому каналу! «Образец M-451, разумная гуманоидная форма, планета Мальва, обладает уникальными биомагическими свойствами, требует деликатного обращения и полной изоляции до передачи учёным». Гениально, Мэтт! Просто гениально! За это не повышение — медаль дадут! Ладно, не отвлекаю. Лети уже. Ждём с нетерпением. Добро пожаловать домой, капитан.

Связь прервалась. Экран погас, оставив меня в оглушительной тишине, разорванной только ровным гулом двигателей и моим собственным бешеным сердцебиением, отдававшимся в ушах.

Я медленно, как в самом страшном кошмаре, повернул голову к Инге.

Она больше не притворялась. Не изображала панику или невинность. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня. Холодно. Как на инструмент. Только сейчас я заметил деталь, которую мозг отказывался воспринимать раньше: под её просторной курткой, взятой, наверное, из нашего запаса, угадывался странный, неестественный изгиб. Складки ткани лежали не так, как должны были бы лежать на человеческой спине. Она спрятала крылья. Тщательно, профессионально. Как тогда, в больнице, когда они скрывали, кто на самом деле.

— Что… происходит? — спросил я тихо. Но в мёртвой тишине мостика это прозвучало громче выстрела.

Её губы растянулись в улыбку. Без тепла. Без лукавства. Чистая, ледяная победа.

— Всё очень просто, Мэтт, — её голос стал деловым, чётким, как доклад. — У тебя случился нервный срыв. После всех этих дней метаний, после того как она разрывалась между тобой и твоим другом… Ты поругался с ними. Жестоко. Осознал, что эта… связь… тупиковая. Что она не может сделать выбор. Что её уникальность приносит только боль. Ты принял взрослое, рациональное решение. Решил, что её дар должен служить прогрессу, а не раздирать дружбу двух лучших капитанов Флота. Звёздный Флот щедро вознаграждает за такие… ценные приобретения. Ты обеспечишь себе карьеру, славу, а заодно избавишься от проблемы. Изящно, не правда ли?

Каждое её слово било по сознанию, как молот. Ложь. Гнусная, изощрённая ложь, сплетённая из полуправд и наших с Аликом страхов.

— Я? — хриплый крик вырвался из меня. — Я НИКОГДА! Я бы скорее сам сгорел, чем отдал её им! Её будут резать, как лабораторную крысу! Ты знаешь, что они делают с инопланетными образцами!