Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 58 – Ольга Токарева

— Надеюсь, эта вредная животинка не станет причиной мирового скандала, — проговорила я, смеясь и уклоняясь от влажного, игривого языка. Подхватив Еву, я затискала ее, растрясла в порыве нежности… И тут гончая разразилась отрыжкой, обдав мне лицо раскаленным дыханием. — Ай-й-й! — зашипела я, отшвырнув от себя щенка, и взвыла, прикрывая обожженное лицо руками.

— Хагар! — воскликнул Тисхлан, кинувшись ко мне.

— Ваше Высочество! — недовольно прошипела Сахран, словно из ниоткуда возникнув рядом. — Мы едва вернули вас к жизни! Прошу вас, будьте осторожнее.

Пока целительница колдовала над моими ожогами, я с тревогой наблюдала за Евой, с остервенением терзавшей мое одеяло. И тут меня пронзила волна леденящего испуга.

— Она не умрет от того, что тапок съела? Может, желудок ей промыть?

— Не волнуйся, гончие всеядны. Все, что попадает к ним в желудок, преобразуется в жизненную энергию, — отец улыбнулся и потянулся к Еве.

В мгновение ока она забыла об игре, зарычала, шерсть на загривке вздыбилась, а пасть, ощетинившись иглами зубов, раскрылась в оскале, совсем не детском. «Ева-а-а!» — мысленно закричала я в испуге, подхватила ее на руки, прижимая к себе.

Гончая удивленно повела головой, разглядывая меня, словно новую диковинку, и вдруг я услышала в голове ее голос: «Он большой… Чужой». «Это мой папа», — ответила я мысленно, улыбаясь.

«Папа?.. Это кто?»

— Э-э-э… — я запнулась, посмотрела в замешательстве на Тисхлана, спросив: — А где отец Евы?

— Таро занят поисками моего сына, — с грустью ответил он.

И мне вдруг стало неловко.

«Твой папа далеко отсюда, — объяснила щенку, — он разыскивает…» — и тут я задумалась. Как объяснить несмышленой малышке наше родство с Нардингом? Решила сказать попроще: — Моего старшего брата. Когда он был маленьким, его украли много лет назад. — Мне тоже пора отправляться на его поиски, — произнесла я с нарочитым безразличием, хотя сердце бешено колотилось в груди.

Я часто мечтала о странствиях по неведомым землям. Это были лишь грезы, но когда реальность подкралась так близко, стало страшно. Изучив историю этого мира, я знала, что девушки не путешествуют в одиночестве. Им нужен спутник. Но отправляться в путь в сопровождении толпы нянек и охраны совсем не хотелось. Нужно придумать, как выпутаться из этой ситуации. Мои размышления прервала королева.

Она скользнула в покои, одарив меня равнодушным взглядом, который, однако, задержался на гончей.

— Как невоспитанно держать собак на постели, — с надменностью прозвучал ее голос.

Ева же повела себя совершенно неожиданно. Забеспокоившись в моих руках, она настойчиво требовала свободы. Едва мои пальцы разжались, она неуклюже, словно маленький барсук, начала пробираться по бархатным дюнам моего одеяла. Скорее ползла, нежели шла, выражая бурный восторг вилянием хвоста. Добравшись до изголовья, гончая от души гавкнула, отпрянула и вновь, заливисто тявкнув, выразила свое щенячье восхищение.

— Тисхлан! — в голосе Кальсинеи засквозило возмущение. — Убери немедленно это животное, оно может наброситься и покусать.

— Это мои покои, и я сама буду решать, кому здесь находиться, — отрезала я, приподнимаясь. Подхватив малышку, я крепко прижала ее к себе.

К моему огорчению или к моей радости, королева так и не смягчилась. Возможно, не будь у меня этих уродливых шрамов на лице, она бы снизошла до милости, выразила бы свое почтение, наряжая меня, как забавную куклу. Но сейчас в ее глазах плескался лишь холод.