Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 112 – Ольга Токарева

— Понятия не имею, — ответила она, догрызла яблоко до хвостика, соскочила с дивана, подбежала к столику, схватила еще одно сочное яблоко и, вернувшись на свое место, вновь погрузилась в его поедание.

Едва я перелистнула страницу, в зале вспыхнул еще один портал, из которого возник Айэрон. Тень усталости омрачала его лицо, а в самой глубине синих глаз таилась непроницаемая задумчивость. Пересекши комнату, он невесомо коснулся губами моей щеки и, бросив рассеянный взгляд на жующую Глорию, словно очнулся от наваждения. В нерешительности застыв на мгновение, он подошел к красной кнопке. Его пальцы на секунду замерли над ней, а затем решительно нажали.

Меня словно пронзил электрический разряд. Сигнальный артефакт экстренного созыва всех Магарианских, активированный лет пять назад, и вновь пробудился к жизни своим зловещим светом.

— Что случилось?! — в ужасе воскликнула я, вскакивая с кресла. Сердце бешено заколотилось, предчувствуя неминуемую бурю.

— Мама, не волнуйся, — отозвался он, стараясь придать голосу уверенность.

Словно по мановению волшебной палочки, комнату пронзили сполохи порталов, из которых возникли Амиран, Джансель и их сын Александр. За ними, словно выпущенные на волю, выпорхнули Осунг и Калиан, их первенец сейчас в военном гарнизоне и из него не выпускают, а следом появился и Андж.

Осунг бросила на дочь недовольный, испепеляющий взгляд.

— Вот ты где прохлаждаешься! А мы, между прочим, весь дворец перевернули, разыскивая тебя. Марш домой! У тебя занятия по этикету!

— Еще чего! — взвилась девушка, вскочив с дивана и тут же вновь на него плюхнувшись. — И никуда я не уйду! Во мне тоже течет кровь Магарианских!

— Пусть сидит, — примирительно одернула я дочь, защищая внучку, затем, переведя взгляд на младшего сына, спросила: — Чем вызван столь внезапный созыв?

Обведя всех тяжелым, сумрачным взглядом, Айэрон выдавил из себя:

— Сегодня ночью в моем дворце готовился переворот. Стража у главных ворот пала, заменена предателями. Большая часть слуг погружена в колдовской сон… — Он замолчал, словно проваливаясь в пучину мрачных раздумий.

— Долго еще будешь тянуть кота за хвост? — не выдержала я, зная, как его тягучая задумчивость может растянуться на долгие, истощающие нервы минуты.

— Это сложно объяснить… — начал он издалека. — Я уже готовился ко сну, когда в моих покоях, преодолев все защитные плетения, из портала возник юноша. Он был одет в чуждую, непроницаемо-черную одежду, лицо скрывала темная ткань, и лишь глаза, черные как сама ночь, смотрели на меня с ледяной решимостью.

— Андж, — мгновенно повернулась я к мужу, — вздерни за одно место своих артефакторов… Хотя знаешь что? Я сама лично этим займусь.

— Мама… Успокойся… — произнес Айэрон, стараясь сохранить подобие невозмутимости. — Этот юноша осмелился сообщить, что мое государство кишит предателями, и, судя по всему, их основная орда уже ломится в мои покои. Незнакомец, словно тень, выхватил из-за спины клинок и, безо всяких предисловий, метнул его мне. В своей же руке он зажал короткий изогнутый меч. В другой его руке блеснули острые железные звездочки, их он и отправил в ворвавшихся в покои врагов, обрывая их удивленные взгляды и предсмертные вопли. Я никогда не лицезрел ничего подобного. Со смертоносным вихрем звездочек на тот свет были отправлена дюжина врагов. В одно мгновение он словно стал воплощением ярости, и уже сжимая в руках два клинка, обрушивал их с нечеловеческой быстротой на головы предателей. Незнакомец будто был наделен сверхъестественными способностями. Он с легкостью бежал по стенам, камнем падал с потолка. Молнии его клинков пронзали тела врагов, не давая им и шанса на жизнь. Он делал это с такой непринужденной грацией, словно вся его короткая жизнь была лишь репетицией смерти. Ни тени сомнения, ни капли колебания. Казалось, он воплощенная смерть. И все это время юноша что-то напевал, какую-то странную, жутковатую мелодию, и к последним ее аккордам от изменников не осталось и следа.