Книга Ради любви и чести, страница 32 – Джоди Хедланд

Бабушка отступила назад и оглядела меня от макушки до носов туфель, поджав губы в тонкую линию. Она указала на мой правый рукав, и горничная

еще выше натянула перчатку. Потом бабушка кивнула на висящий локон у

моего левого уха. Горничная немного повозилась с ним. Наконец, после

итогового осмотра, бабушка коротко кивнула:

— Теперь ты можешь идти.

— Ты уверена, что нам не следует завить эти волосы еще здесь? –

Сказала я, дергая себя за один тонкий волосок, который щекотал мне шею. –

Или, может быть, еще раз проверить, нет ли пылинок на моем подоле?

Бабушка отмахнулась от меня. Я улыбнулась и направилась к двери.

— Я бы хотела, чтобы ты подождала еще несколько дней, — крикнула

мне вслед бабушка, — прежде чем обсуждать покупку картины.

Ее слова остановили меня:

— Еще несколько?

— Да.

Бабушка уже отошла к очагу и больше ничего не объясняла, хотя я

ждала бесконечно долго.

— Мы планировали пробыть здесь всего несколько дней, — наконец

сказала я. — Не будем ли мы злоупотреблять гостеприимством хозяев?

— Они пригласили нас остаться подольше, — ответила она, опускаясь в

кресло.

— Пригласили?

Мое сердце подпрыгнуло от этой мысли. Мне не хотелось прямо

сейчас анализировать свою реакцию на эту новость, хотя и догадывалась, что

это потому, что я хотела провести больше времени с сэром Беннетом.

— Похоже, они наслаждаются нашей компанией, так что я не вижу

необходимости портить все назойливыми расспросами об их предметах

искусства.

— Разве я когда-нибудь бываю назойливой? — Я подмигнула.

Она опять поджала губы и взялась за вышивку.

Когда я вышла из своей комнаты, следуя за одним из слуг вниз по

коридору, мои мысли метались с головокружительной скоростью. Войдя в

большой зал, я остановилась у дверей, пытаясь унять колотившееся от

нетерпения сердце. Я попросила Лилиан засунуть один пион из букета в

петлю спереди моего корсажа и сейчас втянула его сладкий аромат, мысленно отругав себя за нервное возбуждение. Затем я прошла через двери

в просторную главную комнату замка.

Удивительно, но в комнате было больше народу, чем обычно. Судя по

одежде мужчин, большинство из них были торговцами или крестьянами.

Некоторые несли что-то в грубых мешках. Один человек даже держал за ноги

две тушек кур. Проследив взглядом мимо толпы, я увидела в передней части

зала сэра Беннета, сидевшего на почетном кресле хозяина, писец рядом с ним

что-то записывал на пергаменте, слушая широкоплечего крестьянина. Хотя я

была слишком далеко, чтобы расслышать их разговор из-за общего шума, заполнившего комнату, я видела по выражению лица сэра Беннета, что он

проявлял интерес к делу этого человека. Его точеное лицо было серьезнее, чем обычно. Губы решительно сжаты. Но в его позе чувствовалось участие, которое смягчало ситуацию.

Я снова оглядела всех в зале, ожидая своей очереди поговорить с

владельцем поместья. Неудивительно, что людей было так много. Он был

мудрым и добрым хозяином, который заботился о своем народе. Я была

извещена, что истинный лорд Мейдстоун, его старший брат, не здоров и, что

вместо него управляет сэр Беннет. Сэр Беннет был только временным

хозяином, но, тайком наблюдая за ним, мое сердце согрелось. Истинный

характер человека проявляется, когда ему дают власть над теми, кто ниже