Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 207 – Элисон Уэйр

— Я счастливейшая из женщин! – воскликнула Анна. – В память об этом прекрасном моменте я выберу своим девизом слова: «Самая счастливая».

— Нам нужно пожениться как можно скорее, – торопливо произнес Гарри. – Я сейчас же пойду и поговорю с Кранмером. Мы пока не будем разглашать эту восхитительную новость. Но нужно обо всем позаботиться. Наш сын должен родиться в браке.

Еще не рассвело и дворец тонул в тишине, когда Гарри занял свое место в Королевской часовне Йорк-Плейса. Был День обращения святого Павла, двадцать пятое января. Короля ожидал священник, которому покровительствовал Кромвель, – доктор Ли, он стоял посреди часовни в полном облачении, за ним виднелись свидетели, с которых заранее взяли клятву хранить тайну: сэр Генри Норрис, Томас Хинидж и Уильям Бреретон, все они служили в личных покоях короля.

Гарри надел костюм из золотой парчи – для этого долгожданного дня годилось только самое лучшее.

И вот появилась Анна в сопровождении двух дам, они сняли с нее плащ, и под ним обнаружилось великолепное платье из белого атласа. Волосы у невесты были распущены в знак символической девственности королевы; она сделала грациозный реверанс перед Гарри, тот взял ее руку и поцеловал.

— Вы выглядите прекрасно, – сказал король.

Именно такой он всегда ее представлял себе в этот момент. Они оба преклонили колени перед алтарем, и доктор Ли принялся нараспев произносить слова, которыми сопровождается таинство брака:

— Я, Генрих, беру тебя, Анну…

— Я, Анна, беру тебя, Генриха…

Давая обеты, они неотрывно смотрели друг на друга.

— Кого соединил Господь, да не разделит никакой человек! – торжественно провозгласил доктор Ли и объявил их мужем и женой.

1533 год

Поначалу они хранили в секрете свой брак, но Гарри не мог удержаться и бросал намеки, и вскоре двор забурлил от всевозможных домыслов и сплетен.

Кейт с уменьшенным двором была отправлена в замок Амптхилл. Таким образом Гарри предупреждал строптивую королеву о том, что ее ждет в будущем, если она и дальше будет противиться его воле. Ему неприятно было думать о ее вероятной реакции на известие о его женитьбе на Анне до решения папы, как и о возможных ответных действиях императора. Важно, чтобы Кейт не протестовала. Гарри фактически хотел заткнуть ей рот, и сейчас было самое время заняться этим.

В конце марта Кранмера возвели в сан архиепископа Кентерберийского. Он принес обычную клятву на верность папе, но добавил, что не будет связан никакой властью, которая войдет в противоречие с Законом Божьим или английским правом. Гарри понимал, сколь многим жертвовал Кранмер, соглашаясь занять этот важный пост: тихий церковник с гораздо большей охотой выбрал бы жизнь, посвященную ученым занятиям, ему совсем не хотелось попасть в гущу мирских событий. Он не любил помпезность и церемониал, а был простым, великодушным человеком, высоко чтил истину, страстно стремился к реформам и был непоколебимо предан своему королю; злобные происки врагов, находившихся по другую сторону религиозного раскола, глубоко уязвляли его. Вероятно, Кранмер понимал, что есть много людей, которые с удовольствием расправились бы с ним.